Базальт же вовсю тужится, пытаясь пересилить босса в прямом столкновении. И здесь он также проигрывает.
Несмотря на свою внешнюю дряблость, а также три подбородка и висящее пузо, здоровяк таит в себе невероятную силу.
Такую, что Базальт аж скрипит зубами, падая на одно колено.
Несколько очухавшихся валькирий также вписываются в бой, тем самым привлекая на себя внимание оставшихся щупалец.
Но и только.
Босс вполне вольготно чувствует себя в окружении.
Он не паникует, не беспокоится, не совершает ошибок.
Он действует грамотно и осторожно.
Я бы даже сказал слишком осторожно!
Я поднимаюсь на ноги. Голова идёт кругом, на языке ощущается привкус металла.
Хреново. Впрочем, бывало и хуже.
Цзянь снова оказывается в моей ладони. Я неспешно иду в сторону эпицентра сражения.
Глазами привычно ищу лазейки.
И особо таковых не нахожу. Было бы удивительно, окажись иначе.
Тот же Базальт, не пальцем деланный, любую брешь в обороне давно бы использовал себе на пользу.
Но нет, всё, что мужчина сейчас может, — это орудовать бастардом и отбиваться от двух щупалец из тьмы и мощных ударов посохом.
Щупальца…
Я всматриваюсь в то, как они действуют, а именно в то, как их использует босс."
"Те, что находятся в поле его зрения, он призывает себе на помощь. На того же Базальта буквально сыплется град ударов со всех сторон.
А вот с Пиррой ситуация совсем иная. Там, четыре сгустка блокируют каждый выпад рыжей и проводят свои контратаки, но ничего более.
Пока Пирра бездействует, бездействуют и щупальца.
Выходит, это какого-то рода автоматический механизм?
Я подхватываю каменное копьё в паре метров от себя.
Подкидываю его в руке и… метаю в босса.
Одно из щупалец мгновенно перехватывает снаряд и откидывает его обратно.
На что уже я ловлю оное телекинезом.
Как интересно. Во второй раз я метаю копьё чуть в стороне от босса, практически в полуметре от него.
И оно… спокойно пролетает мимо. Щупальца никак на него не реагируют.
Вот оно!
Вот оно наше решение.
Из-за пазухи я вынимаю… шашку с динамитом.
Последнюю, если уж на то пошло. С самого начала у нас было всего три шашки, две из которых я передал Малому. Их вполне должно было оказаться достаточно, чтобы прорвать плотину.
Или создать по крайней мере в ней брешь.
А последнюю третью я оставил при себе.
На всякий случай. На самый крайний случай.
Который сейчас и наступил.
Я срываюсь вперёд со всех ног.
— По моей команде, уходите прочь! — рычу я соратникам.
Те понимают всё без лишних слов.
Замах цзянем. Бух.
