Всё четверо отталкиваются от края обрыва, что есть сил.
Сразу же следом я использую телекинез, придавая дополнительного ускорения нашим телам.
Вперёд остальных вылетает Малой. Он и легче, и класс Ассасина приходит на помощь.
И вот, импульс начинает затухать, сила тяжести делает своё грязное дело. Полёт ввысь замедляется и сходит на нет.
Вот-вот мы полетим кубарем на дно провала.
Но как бы не так!
— Малой! — рычу я на лету.
Мана буквально взрывается в моём теле.
Парень использует навык двойного прыжка. Телекинез выстреливает им вперёд и вверх, словно пушечным ядром.
Магия же облегчает вес моих соратников. Верёвка натягивается, и, следуя импульсу, нас также дёргает вперёд.
Прямо к скале напротив.
— Цепляйтесь! — напоследок произношу я и вонзаю цзянь в каменную породу.
Бух!
Малой зацепляется за скалу своими кинжалами, Пирра использует своё копьё, а Базальт вонзает в камень свой огромный клинок.
Только Мирантис глухо ударяется о скалу и виснет на верёвке, за которую богиня хватается мёртвой хваткой.
— Вы что с ума сошли⁈ Я вам — богиня, между прочим, а не мешок с картошкой! Нельзя было на руках понести? — следует из неё поток ругательств.
Мы из Пиррой и Базальтом переглядываемся, после чего дружно выдыхаем.
Если у богини красоты есть силы на то, чтобы ругаться, то это значит, что с ней всё в порядке.
— Все целы? — уточняю я, когда успокаивается дыхание после продолжительного забега.
— Относительно, — ворчит Пирра, — Как только вернёмся в Спарту, то непременно возьму отпуск.
Желательно на недельку-другую.
— Я с тобой, — соглашается Базальт.
— А кто говорил, что я возьму тебя с собой? — прыскает рыжая.
— Так уж и не возьмёшь? — хмыкает мужчина.
Ответить Пирра не успевает, поскольку верёвка над нами натягивается, и мы замечаем Малого, который уже успел за время нашей беседы залезть на выступ.
— Ну, вы как там? До второго пришествия Системы висеть будете? — хмыкает он.
Я весело ухмыляюсь.
А ведь захват данжа ещё даже толком и не начался.
* * *Стоит нам только пройти по узкому коридору, как мы оказываемся в просторной зале.
Жаровни под потолком, грубые и массивные столы стулья, костры и массивные чаны над ними.
А также ошеломленные нашим появлением кобольды. Которых мы, по всей видимости, прервали прямо в момент очередного пира.
— Чёрт возьми, — поудобнее берусь я за цзянь.
Почему? А потому что в зале по моим самым оптимистичным прикидкам собралось под сотню тварей!
И всё они сейчас косятся в нашу сторону.
