Лорд Системы 3

Гюнтер ощущает, как сознание утекает, словно песок сквозь пальцы.

— Сука, только посмей мне тут подохнуть, урод! — раздаётся сбоку крик.

Суровый. Да, это он.

— Я тебя, мать твою, отсюда выведу, а после и на тебя же скину все грехи. Ни за что я не поеду один к Джо-Джо! — поводья его кабана перехватывает несущийся рядом зам, а уже следом тянет за собой.

Да, Джо-Джо будет определённо недоволен…

А следом разум Гюнтера погружается во тьму.

* * *— Лорд, ворота! — кричит Малой со своего наблюдательного поста.

Он устроился на одном из деревьев, и видит происходящее в городе-ловушке как на ладони.

Но я и сам вижу, как выскочивший из огня кабаний всадник берёт разбег и как его копьё вспыхивает ярко-белым.

Створки ворот вдребезги разлетаются! Два всадника в горящей одежде проносятся между ними и устремляются в лес.

— Фалангу к воротам — срочно! — тут же следует моя команда.

Чёрт, что это вообще было⁈ Пробить ворота за один удар? Да как это вообще возможно!

Уже имея представление о силе наездников, мы дополнительно укрепили ворота — единственное уязвимое место во всём плане.

И даже более того, существовал «План 'Б». Если бы всадники стали бы прорываться через ворота, их должна была встретить фаланга. Враг упёрся бы в сплошную линию копий и щитов.

Но этот их лидер! Он просто снёс преграду даже не остановившись. Интересно, это навык или бонусный предмет? Что позволяет ему вытворять подобное?

Думаю, нашу стену щитов он тоже смог бы проломить. Так что нам повезло, что удар пришёлся на горящее дерево.

Зато сейчас к открывшейся бреши бегут вражеские пехотинцы. К единственному выходу из огненного мешка.

Впрочем, теперь фаланга успевает построиться, как и было задумано.

Два же наездника, единственные, кто сумел вырваться, поспешно скрываются в лесной чаще.

Неприятно, но терпимо. Я рассматривал разные варианты, даже тот, где противник запаникует и придётся атаковать его перед воротами. Поэтому спасение пары врагов не играет существенной роли

Ведь внутри всё ещё остаётся основная часть солдат неприятеля.

Обожжённые до неузнаваемости, мычащие нечленораздельные звуки, словно зомби, они набрасываются на наш строй.

В их движениях нет чёткости, слаженности, только сумасшедшая воля к жизни.

Сила, которая едва нас не опрокидывает.

— Стоять! Стоять на месте! Не отступать! Ни шагу назад! — мои крики перекрывают вой атакующих.

Новый удар сплошной массы людей, подобно древнему чудовищу, обрушивается на наши ряды.

Трещат древки копий.