Но вид, по сравнению с нашей бронёй или повседневными рубахами и штанами большинства спартанцев, да и вообще кого-либо из тех поселенцев, что я встречал в новом мире, мягко говоря, несерьёзный
Выглядит дуэт, в двух словах, словно вычурные папуасы.
Только европеоидной внешности.
Ко мне подходит Малой.
— И кто это такие? — указываю я на парочку, косплеющую туземцев Амазонки или центральной Африки.
— Да вот, выловили их, когда они шарахались на границе нашего кластера. Не вооружены, не ведут себя агрессивно. Такое чувство, словно они просто… ну, гуляли, что ли? — недоумённо произносит мужчина.
— Ты у меня спрашиваешь? — качаю головой.
— Больше у себя, — усмехается Малой, — Мы и сами не поняли, чего они толком хотят. Даже не сопротивлялись нам. Мы их просто сопроводили до Спарты.
— О, как, — удивляюсь я, — подобного ещё не было.
— Не было, — кивает собеседник, — Оттого и странно.
Я подхожу к молчавшему всё это время дуэту и внимательнее присматриваюсь к ним.
Из одежды, опять же, одни юбки да топик у девушки.
Причём девушки симпатичной, стоит сказать, ухоженной и скорее милой, чем кокетливой. Волосы заплетены в мелкие косички-дреды, с яркими волокнами, похоже, растительного происхождения. На голове у девушки надет цветочный венок.
А на шее у парня висят бусы то ли из дерева, то ли из какого-то камня. Так и не разобрать.
В общем, внешне они выглядят прямо как настоящие хиппи.
— День добрый, — приветствую я их.
— Добрый, — синхронно произносит дуэт.
— А чего это вы такие храбрые? Ходите по лесу без оружия? — спрашиваю я.
— Неужели не боитесь нарваться на кого?
— На кого⁈ — распахивает в изумлении глаза девушка.
— На хищников, к примеру…
— Оружие? — фыркает мужчина, — Мы пацифисты! На кой толк нам носиться дубинами и копьями. С природой вокруг, как и с самим собой, следует жить в мире и согласии.
Я моргаю несколько раз. Какого чёрта?
— Хорошо, допустим. Мир и согласие — это замечательно, — продолжаю я допрос, — А чего в траву вырядились? Ночью же сейчас уже не так уж и тепло.
Неужели из шкур одежду сшить не смогли?
— Как можно! — возмущается девушка, — Убивать невинных животных — это не по-людски! Мы вот избрали путь вегетарианства! Кто вообще будет думать о смерти невинных зверушек, ради какого-то презренного куса мяса⁈
Я, например. Правда, вслух говорить этого не буду. Чтобы не расстраивать бедняжку, а то ведь расплачется. Или наоборот, забудет про свой пацифизм и накинется ногтями царапаться. Вон как распалилась.
