Если хотите деловых переговоров, то присылайте людей, которые имеют власть, в Вашей стране.
Вот так закончился первый раунд переговоров. Я заставил посла упасть в ножки царю. Пётр I не удержался и подсунул свою ногу, обутую в сапог, под нос Смиту. Тому пришлось её поцеловать, голова дороже. Даже не представляю, что он там отписал в Англию. Наверное, всё время, которое письмо было в пути, с него сочился яд и желчь. Мы тоже время не теряли. Слегка приукрасив историю, появления английского посла, у русского царя, передали наш вариант, в письменном виде, с курьером, Вильгельму III.
Конечно, наш человек прибыл к королю Англии раньше, чем пришло письмо от английского посла из России. Кто первый, того и тапки. Это правило знают все карьеристы. По-другому — кто первый, тот и прав. Пару месяцев спустя, в Москве появился новый посол, а труп Смита, обнаружили в реке. А нечего хамить царю.
Местом встречи, по обоюдному согласию, выбрали Нидерланды, город Амстердам. Сам Вильгельм III не пожелал явиться на переговоры, хотя был на материке.
Наверное, опять у своей любовницы, хотя постоянно списывает своё отсутствие, на военные действия в Европе. На эту встречу поехал я. С английской стороны прибыл Годольфин Сидни, государственный секретарь и первый лорд казначейства. Очень крупная политическая фигура. Но по истории, он вот-вот должен вылететь с этого места, в отставку. Где и пробудет до 1701 года, пока не умрёт Вильгельм III, и мы это учтём.
Встреча прошла просто, я даже бы сказал буднично.
Как будто такие встречи у нас постоянно происходят. После небольшого застолья и разговора не о чём, перешли к интересующей нас теме. Лорд вежливо намекнул, что такие действия с нашей стороны, не могут трактоваться иначе, как начало войны, что не желательно обеим сторонам. Я охотно согласился с тем, что война не желательна, Сказал, что верю в дружелюбие Англии, относительно России. Но тут же посоветовал, внимательно присмотреться к окружению короля — нет ли среди них вредителей.
Может, кто без ведома короля, подстрекает наши страны к войне. После этого, я начал доставать различные документы. На стол легли показания английских «купцов», пойманных возле Мадагаскара, свидетельства от офицеров англо-голландского флота, напавших на Мадагаскар. Когда Годольфин Сидни, спокойно просмотрел эти документы, я подсунул ему показания шпионов и дипломатов Англии, которых мы выловили в Москве, в 1690–1691 году.
