Пётр I до технических новинок падок, может, отвлечется. А нашим службам предстоит великая чистка.
* * *— Аа! Аааааа! Оооо!
Я зашел в коридор следственного приказа. Вдоль стены, на скамьях, сидело около 30 человек. Судя по их лицам, они были в предобморочном состоянии. Вот двое встали и рванулись к дверям с надписями «следователь». Метод получения признательных показаний был прост. Подозреваемых заводили в коридор и определяли в очередь к следователю. Следователей было 8 человек. Когда подходила очередь, а подозреваемый ещё не осознал всю меру своего преступления и не поспешил к следователю, то его отводили в пыточную.
Через несколько минут он уже сам спешил на допрос. Правда, таких, были единицы. Осознание вины приходило ещё в коридоре. Полчаса диких криков, запах палёных волос и жареного мяса, кого угодно поставят на путь истинный.
Я подвинул охранника в сторону и вошёл в камеру пыток. В этот момент мимо меня в коридор вынесли кусок окровавленного мяса, в котором с трудом угадывался человек. Зашёл внутрь и закрыл за собой дверь.
В помещении находилось 4 человека. В одном сразу узнавался палач старой закалки. Он сидел в углу и с мрачным лицом потягивал, что-то из большой кружки. То, что здесь происходило, ему явно не нравилось. Второй был интеллигентного вида, и его роль в этом представлении я не сразу понял. Тем более он весь был в крови. Как потом выяснилось, это был гримёр. Третий явно претендовал на роль жертвы, хотя в данный момент жевал окорок, запивая его пивом. Четвёртым был дознаватель.
Пётр Семёнович Хвостов. К нему я и направился.
— Добрый день Пётр Семёнович! Как дела?
— Прекрасно, прекрасно Михаил Филимонович. Такого удовольствия я никогда не получал, и наверное вряд ли когда-нибудь получу.
Он трубно захохотал, а в коридоре, кто-то с грохотом, упал в обморок:
— Нет, это надо же так придумать!
Тут в разговор вмешался палач:
— Это Вам не тати. Те на таком не сознаются. Они под железом не всегда говорят. А это кто?
Палач смачно сплюнул:
— Бумагомаратели. Им щипцы показал, они в обморок.
А то ещё и нагадят в придачу. Для них сломанный палец дороже родной матери!
Палач ещё раз сплюнул и сделал большой глоток из кружки. Он был прав. В своё время, мы этот трюк, подсмотрели в мультфильме о Робин Гуде. Там палач бил по лавке, а мальчишка дико кричал, изображая адские муки:
— Григорий! Ты не расстраивайся, на твой век работы хватит. А нам рабочие руки на стройках нужны. Ты их сейчас заламаешь и куда их тогда? Лечи да ухаживай за ними.
