Баба с возу, кобыле легче. Скатертью дорога. Мы и сами от Вас устали.
Я сводил Андриаманетиариво с Уантици к Андрею, показал то, что им можно было видеть, сводил на полигон. Пришлось потратить 12 ракет. Залп дали из двух установок. Я намекнул, что у нас, этих установок, много. Князь, посмотрел на результаты стрельб и очередной раз задумался. Задуматься было над чем. Стрельбы были хитрыми. Зная о свойстве ракет разлетаться во все стороны, мы поставили мишени на площади 100 на 100 метров. Стреляли с 600 метров.
Боеголовки зарядили расплющенной мелкой дробью, увеличив, таким образом, количество шрапнели в одной гранате до 800 штук. Кто там разберет, какая дробина сделала пробоину в пальмовом листе? Естественно ракеты разлетелись, чуть ли не веером, но со стороны это гляделось, как будто это предусмотрено. 12 ракет, да в каждой по 800 дробинок, результат не заставил себя ждать. Практически все мишени были поражены. Многие имели по 5–8 пробоин. Конечно, пальмовый лист не дюймовая доска. Одна дробинка, могла прошить сразу несколько мишеней.
После праздничного обеда, гостей проводили со всем почётом. На прощание я подарил Андриаманетиариво 100 сигнальных ракет. Это не секрет, такие делали китайцы сотни лет назад. В подарочный набор вошли также медные и глиняные зажигалки, светильники и сабли, сделанные Андреем из нашей стали.
* * *Проводив гостей, мы оказались в окружении вождей посёлков. Они и так с утра подпрыгивали от нетерпения. Все ждали раздела добычи. Быстро повторив, про то, что не подлежит разделу, мы начали осмотр.
Всё выносили на берег и там раскладывали. Без проблем поделили ткани, фарфор и ювелирные изделия. Не возникло вопросов и с холодным оружием. Двум вождям, Тимуру и Анабару выделили по пушке и по 3 мушкета. Татупеду мы дали это в прошлый раз.
Возник вопрос с золотом. Вожди хотели половину. Уговор был на 1\3. Зато серебро их не прельщало. Схитрили, обменяли по очень выгодному курсу золото на серебро. Надо взять на заметку. Значит, здесь добывают серебро.
Предупредили вождей, чтобы тем, кто оставался в лагере, выдали по половине доли. Семьям погибших, по три доли. Пришлось повторить, при воинах везу, чтобы начальство не смухлевало. По их физиономиям было видно, что не понимают, почему надо так поделить. Вообще к вечеру делёжка закончилась.
Проводили гостей. Ушли все воины везу. Мы их отпустили. Всё равно было не удержать. Но, предупредили, чтобы честно отдали семьям убитых и искалеченных воинов их долю.
