»
Я должен был согласиться с этим. Мои люди искали предателя уже несколько дней. У меня были лучшие сыщики и пока ничего.
Двигая головой влево и вправо, я пытался ослабить напряженные мышцы. Я в отчаянии потер лоб и наклонился вперед, положив локти на стол.
«Вы правы. Он определенно хорош. Но он не может прятаться вечно, - сказал я.
«Но чем дольше мы его ищем, тем больше вреда он наносит!» Виктор ответил.
«Мы найдем его». Хотя я казался спокойным, я был совсем не спокоен. Внутренний гнев был неописуемым.
Я собирался заставить его заплатить. Жестоко. Кроваво. Ему повезло, что я его еще не нашел. У него есть несколько дней, чтобы жить.
Феникс открыл глаза и уставился на меня. Его губы приоткрылись, и он собирался что-то сказать, но дверь распахнулась, и ворвался Николай.
Он тяжело дышал, его глаза расширились от шока, а лицо исказилось. Все удивленно уставились на него, включая меня.
Отодвинув стул, я встал. Это был первый раз, когда я увидел Николая таким напряженным. Его грудь вздымалась с каждым вздохом.
На его красном лице образовался пот, на лбу и шее вздулись вены."
"«Он мертв. Ублюдок мертв, - прорычал он, задыхаясь.
Мой лоб нахмурился в замешательстве, и я склонил голову в сторону. Николай тяжело сглотнул, прежде чем ответить на мои невокализованные вопросы.
И его ответ был похож на выстрел в мое сердце.
«Альфредо мертв».
«Что ты сказал?» - я спросил, тщательно акцентируя каждое слово.
«Альфредо мертв».
«Черт», - прорычал Виктор.
Ярость выстроилась как глубокие водные потоки внутри меня.
Она вышла быстрее, чем магма, но так же разрушительно. Мое тело гудело от этого.
Альфредо был мертв.
Он был мертв, и не я убил его.
Я не получил свою месть.
Я чувствовал себя опустошенным, поскольку ярость поглотила меня. Моя кожа обжигала, и я становился горячее, пока не почувствовал, что задыхаюсь. Мое зрение затуманилось от ярости, и я видел только мертвые глаза моей матери.
Напрягая мышцы, напрягая шею и растягивая спину, я взревел: «Черт возьми!»
Я наклонился вперед и столкнул все со стола, повсюду разлетались осколки стекла.
Я пнул свой стул о стену и шагнул.
Я должен был забрать его жизнь! Его кровь должна была быть на моих руках! Я должен был отомстить за свою мать.
Но сейчас…
Каждая мышца моего тела дергалась, зудела и горела.
Мои руки сжались в кулаки, так сильно, так сильно, что мои пальцы начали болеть, и мои руки медленно онемели. Я схватился за волосы и дернул.
