По пути Зорян показал мне ещё много нужных трав, сказал, чтобы я не беспокоилась, теперь он сам их мне может доставить из леса, только сказать надо. Спросила про грибы. Лесовой ответил, что ещё рано, но вот подчистит лес, как раз и грибы пойдут.
Но два самых нужных растения мы нашли почти в самом конце. Вначале Зорян показал мне невзрачную травку и объяснил, что при помощи этой травки можно сварить отличный сыр, не только привычный нам твердый, то и полутвердые овечьи и козьи сыры. Я удивилась:
— А почему тогда здесь их не делают? Или мы просто не видели на рынках?
— Нет, не делают, только мягкие творожные сыры.
Эта трава не везде растет, за ней уход нужен, да и не спрашивает никто у лесовых про нее, боятся нас, не разговаривают или не видят.
А вот следующее полезное растение я узнала сама — длинная вьющаяся лиана опутывала ближние деревья, были очень знакомые листья и длинные усы, и мохнатые прицветники. Да это же хмель! Урра! У нас будут дрожжи! Закваска тоже неплохо, но хмель лучше, да и квасок на хмеле хорош.
Шишек пока нет, будут позднее, но теперь точно знаем, что хмель здесь растет. Осенью пересадим себе в огород.
Дома, выгрузив всю свою добычу у себя в лаборатории, перед обедом наведалась на кухню. Там, как обычно, все кипело, варилось, пеклось. Одуряюще пахло свежеиспеченным хлебом и ароматным куриным супом. А на столе разделочном я увидела знакомые листики салата, петрушки, ажур укропа и тонкие пёрышки лука, и ярко сверкала рубиновыми бочками редиска.
При виде всего этого великолепия и от воспоминания вкуса, рот наполнился слюной. Варя сдержала обещание — мы получили первую зелень земного происхождения. Теперь быстренько соорудим салатик. А заправим его свежей сметаной. Кстати, насчёт сметаны. Пока совместно с Тильдой крошили салат, она огорошила меня новостью.
Оказывается, после угощения наших работников новым продуктом — сливками после сепаратора, к ней подошла одна из женщин — огородниц и попросила Тильду пропустить ведро молока, которое она принесет из своего дома.
Я разрешила однократно это сделать, раз уж так получилось, а про дальнейшее я задумалась. Мне было не жаль сепаратора, но тогда придется кого — то ставить исключительно для перегона молока. Как получилось с хлебом.
Нет, Линда работала на совесть, никаких нареканий, она даже ухитрялась помогать и поварам, когда немного освобождалась.
