— Ну, а еще, какой вариант? Пойду, надо же выбираться. Мы с тобой двинемся, а ты, Николай, попробуй потихоньку ехать за нами, Петя пусть дорогу выбирает впереди машины. И печку включи обязательно, в салоне должно быть тепло.
Шли мы не спеша. Штаны постоянно пытались сползти и путались в ногах. Я не выдержала и попросила Коляна найти мне поясок или веревочку.
— Теть Ань, такой шнурок подойдёт? — Племянник протянул мне обрывок верёвочки из своих необъятных карманов.
Подвязав штаны на своей талии, пошла быстрее.
Позади нас порыкивала мотором скорая.
— Не заблудятся, сказал Митрич — не беспокойся, Анна Сергеевна.
Впереди показалась избушка. Старая, чуть покосившаяся, но необычная. Я долго не могла понять, что не так. Сложена она была на массивном каменном фундаменте из крупных, потемневших от времени брёвен. Вокруг, на расстоянии пяти метров, не было ни какой растительности, кроме лиловой травки.
— Митрич, смотри, изба- то не пятистенок, как у нас, а похожа на пятиугольный цилиндр или призму.
— Прямо Пентагон, какой — то, засмеялся Митрич.
Мне, если честно, было не до смеха. В воздухе поплыл странный травянистый запах. Подняв глаза, увидела, что из круглой трубы, расположенной в центре пятискатной крыши, повалил сиренево — бежевый дым.
Обращали на себя и окна, расположенные непривычно высоко и больше похожие на множество щелей. Перед дверью, вместо крыльца, лежал слоистый камень со ступеньками.
На этом камне и поджидала нас весьма колоритная старуха. Хотя старухой у меня и язык не повернётся назвать.
Очень пожилая женщина с горделиво поднятой головой и поистине царской осанкой. Одежда была чистая и старомодная, так у нас одевались, наверное, в 18 или 19 веке. Темно зелёное платье, с какими — то камешками оранжевыми вдоль всего наряда. Коричневые сапожки без каблука. Седые волосы, заплетенные во множество косичек, уложены в пучок на темени и закреплены деревянными палочками. На концах палочек навязаны разноцветные ленточки. Все вместе смотрелось странно и умилительно.
Мы стояли и молчали, глядя друг другу в глаза. Моё сердце билось так, что казалось, выпрыгнет из груди. Напряжение разлилось в воздухе.
— Ну, здравствуй, милая — прошелестело у меня в голове. — Здравствуй, глюк, подумала я, сотряс меня догнал и ушла в аут."
"Лежать было неудобно, жёстко и как — то коротко. Под нос сунули явно что — то резко пахнувшее, но не родимую нашатырку. Решив открыть глаза и встать, попыталась сделать это одновременно.
