В отличие от женственных бесёнен, икемен называются красивые мужчины c мужской внешностью.
Приставка «А» также добавляется к именам тех, кто тебе близок. Мадам Мо здесь имеет в виду своего сына, Мо Цзы Юаня.
В Древнем Китае считалось уважительным называть молодого человека/девушку молодым господином/госпожой, даже если вы не были его/ее слугой.
Ли – единица измерения расстояния, 500 метров.
Лютый мертвец – высокоуровневый преображенный труп исключительной мощи и злобы. Крайне яростен и быстр в атаках.
Гуцинь - китайский 7-струнный щипковый музыкальный инструмент, разновидность цитры.
Песнь истребления – дословный перевод: звук, что преодолевает препятствия. Часто используется при нападении.
Глава 6. Высокомерие. Часть первая.
Прошло всего пару дней, и Вэй У Сянь, понял, как жестоко он ошибся в своем выборе.
Ослику, который так кстати подвернулся ему под руку в деревне Мо, было невозможно угодить.
Хотя это был всего лишь осел, есть он соглашался исключительно свежую, молодую травку, омытую чистейшей утренней росой.
Если кончик травинки едва-едва начинал желтеть, животное считало такую еду уже недостойной себя. Проезжая мимо какой-то фермы, Вэй У Сянь стащил для него немного пшеничной соломы, но ослик не оценил такого жеста, и, пожевав ее совсем чуть-чуть, выплюнул с оглушительным «тьху!» Но если же осел не вкушал еды высшего сорта, то начинал вредничать, отказывался двигаться с места и лягался во все стороны. Несколько раз он чуть было не лягнул Вэй У Сяня.
Вдобавок ко всему, его протяжный рев было просто невозможно слушать.
Этот ишак ни на что не годился!
Мысли Вэй У Сяня постоянно возвращались к его мечу. Скорее всего, его забрал глава какого-нибудь именитого Ордена, повесил на стену в качестве трофея и теперь хвастал им всем своим друзьям."
"Немного попетляв, дорога вывела их к обширным фермерским угодьям какой-то деревни. Здесь путники могли укрыться от палящего солнца под пышной японской софорой , заросшей сочной, зеленой травой.
Подле дерева находился старый вырытый колодец, а рядом с ним стояли ведро и ковш, предусмотрительно оставленные здесь фермерами для мучимых жаждой путешественников. Ослик, едва завидев столь манящую траву, понесся к дереву, и ничто не могло заставить его уйти. Вэй У Сянь покорно слез с него и шлепнул по его солидному заду: «В твоих венах явно течет кровь каких-нибудь именитых ослов, угодить тебе даже сложнее, чем мне».
Осел плюнул на него в ответ.
