Изначально я считал, что на троне Рима сидит человек из моего мира. Но видимо там окопался кто-то ещё. Иномирец, привыкший работать совсем по иной схеме.
Анна молчит, переваривая информацию. А вместо неё вопрос вопрос внезапно озвучивает Сидни:
— Но ведь они как-то обрабатывают курсантов, правильно? Разве такое возможно без применения ментальных техник?"
"Верное замечание. Сам думал о том же самом. Правда так и не пришёл к какому-то однозначному выводу. Слишком мало фактуры, чтобы выстраивать рабочие теории.
— Обрабатывают.
Но вот как именно это происходит, непонятно. Скорее всего тоже за счёт тактильного контакта и осторожного воздействия на чужое сознание.
Озвучиваю версию, которая кажется самой близкой к истине, а у сидящего на боковом сидении Давдена внезапно вырывается истерический смешок.
— Третий мир. Или уже четвёртый. У нас тут что, римские общественные бани? За какой священной коровой сюда все ломятся? Иномирцев вроде не так много, но вы же всю планету разнесёте, пока друг друга убивать будете.
Зачем вы вообще сюда полезли?
Судя по эмоциональному фону, на офицера накатило истерическое состояние. Как минимум, подступает. Не самое приятное зрелище.
Цокнув языком, пробую успокоить офицера:
— Ты меня извини, но во-первых, никто не виноват в слабой научной базе ваших одарённых. А во-вторых, ты кое о чём забываешь. Тварь из-за Грани всё равно сожрала бы этот мир. Независимо от того, есть тут иномирцы или нет.
Подполковник упирает в меня взгляд, какое-то время буквально сверля глазами.
Потом скалится в яростной ухмылке.
— А в чём разница? Думаешь умирающим людям будет дело до того, кто именно виноват в их гибели? Или иномирцы как-то изменят ситуацию с этой твоей Тварью? Ты ведь не собираешься сражаться за эту планету, верно? Просто бросишь её, как только появится такая возможность, и отправишься назад к себе. Чтобы убивать и лить кровь.
Растягиваю губы в слабой усмешке.
— Должно быть иначе? По-твоему, мне нужно вступить в битву и прикрыть всё человечество? Выложиться ещё раз по полной, чтобы одолеть врага, и оставить людям возможность спокойно жить?
Безопасник молча пялится на меня, а я продолжаю:
— Значит думаешь, что люди того стоят? Вся эта бурлящая биомасса, которая способна только предавать, жрать и трахаться? Ради них стоит умирать?
Хорошо чувствую выплеск злобы офицера.
Да и в лице он тоже меняется. Тяжело выдохнув, пытается возразить:
— Далеко не все такие. Не стоит мерять океан по мутной воде одной реки, что туда впадает.
