В лучшем случае они существуют внутри системы, где путь от низового активиста до политика крупного масштаба занимает много лет, а каждый новый шаг оборачивается новыми договорённостями. Почти все теряют себя на этой дороге и становятся бездушными винтиками.
На секунду замолчав, продолжила.
— Ну а в худшем, люди с радостью отдают эту свободу. Меняют на палку колбасы и кусок хлеба, лживые обещание о стабильности в завтрашнем дне или любую другую приятную им ложь. Добровольно и сами. Потом, некоторых их них прозревают.
Но чаще всего бремя перемен достаётся их детям. Ты считаешь, они и правда считают свободу высшей ценностью?
Стоило признать, тут она права. Количество диктаторов и автократов, которые готовы играть на комплексах своих граждан, говоря им то, что они хотят услышать и сохранять власть, велико. Но с другой стороны, у людей всё равно остаётся выбор. Практически в любой ситуации. За крайне редким исключением.
Внутренне поморщившись, я ещё раз проверил ситуацию. Ничего не изменилось. Ни одного действия, ни в одном уголке земного шара.
Тварь ждала ответа. И я озвучил его.
— Пусть так. Тем не менее, следующее поколение получит свой шанс. А рано или поздно, люди научатся на ошибках. Пусть не сразу, пусть через кровь и боль, пусть через массу упущенных возможностей. Но это лучше, чем вести их железной рукой в стерилизованный рай.
Теперь та ответила практически сразу. Без всякой паузы.
— Думаешь сотни миллионов голодающих согласятся с тобой? Те, кому нечем кормить своих детей? Те, кто больны и вот-вот умрут? Их всех можно спасти, накормить, обогреть.
Дать великое будущее. Каждому. Без крови и боли. Без страданий. И свободу забирать никто не будет. Они будут сами по себе. Никакого контроля над личной жизнью. Я лишь установлю запрет на убийства себе подобных и на конфликты. Думаю, ты и сам бы бы не против этого.
Не дав мне ответить, немедленно начала излагать дальше.
— И ещё вопрос — почему ты решил, что имеешь право говорить от имени всего человечества? Миллиарды людей избрали тебя? Они голосовали? Поддержали тебя другим способом? Может быть всемирно известная личность с непререкаемым авторитетом? Почему именно ты решаешь, кому из них жить, а кому умереть? Не по праву ли силы? Раз так, почему ты рассказываешь про идеалы, который сам же и нарушаешь.
Забавно. Такое впечатление, что со мной сейчас говорила не Тварь, а какая-то совсем иная личность. Вернее, по ощущениям, я вовсе беседовал с женщиной, которая пыталась убедить меня оставить эту затею.
