— Этот жук, который следит за вами, — сообщил я ему, когда он сел и начал изготовлять самокрутку, — парикмахер по фамилии Арли. — И я рассказал ему, где живет Арли.
— Да. С худым лицом, блондинчик?
Я воспроизвел портрет, данный Диком.
— Он самый, — сказал Том–Том Кери. — Что–нибудь еще о нем знаете?
— Нет.
— Вы посадили Анжелу Грейс.
Это не было ни вопросом, ни обвинением, поэтому я не ответил.
— Тоже неплохо, — продолжал высокий человек. — Мне все равно пришлось бы от нее отделаться. Когда я начну его арканить, она со своей дуростью только будет путаться под ногами.
— И скоро это будет?
— Это зависит от того, как получится. — Он встал, зевнул и расправил широкие плечи. — Но кто решит не есть, покуда я его не поймаю, тот от голода не умрет. Зря я упрекнул вас, что вы за мной следите.
— Ничего, переживу.
— Пока, — сказал Том–Том Кери и лениво вышел вон.
Я поехал во Дворец юстиции, забрал там Ханта, и мы вместе отправились в меблированные комнаты на Буш–стрит, где жила Анжела Грейс Кардиган.
Управляющая — сильно накрашенная толстуха с жестким ртом и мягким взглядом — уже знала, что ее жилица за решеткой. Она с готовностью отвела нас в квартиру девушки.
Хозяйкой Анжела оказалась не важной. В комнатах было чисто, но все вверх дном. Раковина в кухне полна грязной посуды. Складная кровать застелена кое–как и даже хуже. Одежда и мелкие женские принадлежности висели повсюду от ванной до кухни.
Мы спровадили управляющую и основательно обыскали квартиру. Узнали все, что можно, о гардеробе Анжелы и многое о ее привычках.
Но ничего указывающего в сторону Пападопулоса не нашли.
Никаких известий о тандеме Кери — Арли ни в конце дня, ни к вечеру я не получил, хотя ждал звонка Дика все время.
В три часа ночи телефон на тумбочке оторвал мое ухо от подушки. Я услышал голос маленького канадца.
— Арли выбыл, — сказал он.
— Насовсем?
— Да.
— Как?
— Со свинцом.
— Нашего приятеля?
— Да.
— До утра терпит?
— Да.
— Увидимся в конторе. — И я опять уснул.
Я пришел в агентство в девять часов, и один из служащих только что кончил
расшифровывать ночной отчет лос–анжелесского агента, посланного в Ногалес. Телеграмма была длинная и давала пищу уму.
В ней говорилось, что Тома–Тома Кери на границе хорошо знают. Около полугода он занимался перевозками через нее: оружия — на юг, алкоголя и, возможно, наркотиков и иммигрантов — на север. Перед отъездом на прошлой неделе он наводил справки о некоем Хенке Барроузе.
