– Учтите, – сказал Мейсон, – вас будут допрашивать. Полиция захочет знать, где вы были в это время.
– В котором часу это случилось?
– Вероятно, часов в десять или в половине одиннадцатого.
– Слава Богу, все в порядке. В половине одиннадцатого я уже была в автобусе.
– Вы с кем–нибудь там разговаривали?
Она нахмурилась, припоминая, потом сказала:
– Да. Там был очень милый джентльмен, пожилой уже, такой предупредительный. По–моему, служащий нефтяной компании или что–то в этом роде. Он сошел в Бейкерсфилде.
Был еще пьяный, который сидел около меня, и женщина, с которой я разговаривала от Бейкерсфилда до Фресно. Я не знаю, кто она. После Фресно я пересела, и рядом со мной оказалась женщина, которая ехала в Сакраменто, чтобы выступить свидетельницей на бракоразводном процессе дочери. Кажется, ее фамилия Оланта. Странная фамилия. Да, именно так: миссис Оланта. А фамилия дочери Пэлхем. И суд будет завтра утром. Помню, она много толковала о разводах, о семейной жизни и о том, как трудно мужу с женой сохранять хорошие отношения.
Мейсон взглянул на часы, повернулся к Делле и сказал:
– Нам пора двигаться, если мы хотим вовремя попасть в Сакраменто и успеть хоть что–то сделать.
Делла кивнула и направилась туда, где стоял шофер нанятой ими машины. Мейсон снова повернулся к миссис Фарго и ее матери.
– Послушайте, – сказал он, – мы поедем в машине, которую я нанял. Мы не сможем говорить при шофере. Не упускайте же последнюю возможность. Миссис Фарго, звонили вы мне вчера ночью или нет?
Она взглянула ему прямо в глаза.
– Нет, – ответила она.
– Пойдемте, – сухо сказал Мейсон.
– Я не звонила вам по телефону вчера ночью, – порывисто проговорила Миртл, – но если мой муж мертв и если кто–то может заподозрить… ну в общем… если мне придется искать алиби и доказательства, где я была и что делала, я бы хотела, чтобы вы представляли мои интересы. Я так много слышала о вас…"
"– Миртл, подумай, о чем ты говоришь, – остановила ее мать. – Тебе совсем не нужен адвокат.
Я не знаю, кому и зачем понадобилось запугивать тебя и этим побуждать…
– Миссис Ингрем, – сказал Мейсон, – тут никто никого не запугивает и ни к чему не побуждает. Я ошибочно решил, что представляю интересы вашей дочери.
– Вы что, не знаете своих клиентов? – огрызнулась миссис Ингрем.
– Выходит, что так, – сказал Мейсон.
– Но вы высадили мою дочь из автобуса и зачем–то притащили меня сюда. Вы должны доставить нас обратно. Сделайте хотя бы это.
