Спустя несколько мгновений он отодвинул кресло и, шагнув к вошедшим, смешливо взглянул на них.
– Чем могу служить, господа? – спросил он.
– Нам нужна кое–какая информация, – улыбнулся в ответ Мейсон.
– Я старый человек и не так–то много знаю. Мир ведь все время меняется.
– Нам нужна информация об очках, – сказал Мейсон.
– Об очках – это другое дело, – согласился Рэдклифф. – Часы и очки я знаю. Так чем я могу вам помочь?
– Мы хотим узнать кое–что об очках миссис Мейнард, – сказал Мейсон.
– Мейнард… Мейнард.
Ах да, сломанные очки. Но я их ей уже отправил. Она очень меня торопила.
– Они были разбиты?
– Одно стекло треснуло. Кроме того, оба стекла были сильно поцарапаны от… а что вам, собственно, нужно?
– Мы хотим знать, могла ли она видеть без этих очков.
– Могла ли она видеть? А почему это вас интересует? Вы друзья миссис Мейнард?
Мейсон замялся, Дрейк ответил:
– Да.
Доктор тонко улыбнулся.
– Тогда все очень просто. Спросите у самой миссис Мейнард.
– Доктор Рэдклифф, я адвокат, – сказал Мейсон.
– И мне нужно выяснить некоторые факты. Я хочу…
Часовщик покачал головой.
– Информацию о пациентах и покупателях не даю.
– Но эта информация может оказаться очень важной, – сказал Мейсон. Если выяснится, что вы как свидетель…
– Как свидетель – да. Вы юрист, вы знаете все законы. Я просто оптик, ювелир и часовщик. Законов я не знаю. Но кое–что мне известно. Если меня в качестве свидетеля вызовут в суд, я принесу присягу говорить правду и скажу правду. Потом отвечу на вопросы.
А сейчас я не буду отвечать вам на вопросы. Я не обязан это делать. Вы поняли меня?
Он учтиво улыбался, но видно было, что он непреклонен.
– Я вас понял, – сказал Мейсон. – Тем не менее, спасибо. Пойдем, Пол.
В машине Дрейк сказал:
– Тебе не кажется, что мы могли бы выяснить немного больше, если бы…
– Нет, – сказал Мейсон. – Мы только настроили бы его против нас. А главное – мы все же узнали, что миссис Мейнард принесла ему разбитые очки. И когда она займет свидетельское место, я спрошу ее, как она видит без очков, и попытаюсь доказать, что во время путешествия она не вынимала их из сумочки, где они разбились.
"
"– Ты думаешь, в суд она придет в очках?
– Я думаю, теперь она всегда будет в очках, – сказал Мейсон, – но не думаю, что она надевала их, когда ехала в автобусе.
– Это будет трудно доказать, – сказал Дрейк.
– Вот поэтому–то я и не стал приставать к доктору Рэдклиффу с расспросами.
– Я не понял, Перри.
