Ему пробили голову, нанеся девять ударов кочергой, которая теперь висит среди прочих каминных принадлежностей. Он сидел спиной к двери и составлял описание табакерки, которое так и осталось перед ним. Но слушайте дальше! Один из ударов, случайно или нарочно, пришелся по агатовой табакерке, и ее разнесло вдребезги.
Дермот присвистнул.
– Мало было, – сказал мосье Горон, – лишить старика жизни. Так, видите ли, надо еще разбить его сокровище. Но, возможно, повторяю, это вышло случайно.
Дермот не на шутку встревожился.
– Вряд ли, метясь в человеческую голову, – ответил он, – можно угодить по табакерке на столе. Если, конечно…
– Простите, что вы сказали, доктор?
– Нет, ничего. Это я так. Рассказывайте дальше.
Мосье Горон поднялся было на цыпочки и уже сложил руку возле уха, как бы ловя слова премудрости. Выпуклые глаза впились в Дермота. Но ему пришлось снова сесть.
– Преступление жестокое, – продолжал он. – Бессмысленное преступление. На первый взгляд кажется, что его совершил безумец…
– Глупости, – вставил Дермот, слегка раздражаясь.
– Наоборот, вполне типичное преступление.
– Типичное?
– В своем роде. Но простите, что я вас перебил. Продолжайте.
– Ничего не украдено, – сказал мосье Горон. – Никаких следов взлома. Преступление совершено тем, кто знает дом, знает, где висит кочерга, и знает даже, что старик туговат на ухо, так что можно неслышно подкрасться к нему сзади. Такая прекрасная, благополучная семья, почти как французы! Они просто потрясены, они в ужасе!
– Ну а дальше?
– Они отправляются за мадам Нил.
Они очень привязаны к мадам Нил. Сразу же после того, как совершилось преступление, мосье Горацио и мисс Дженис, как мне сообщили, всячески старались с ней связаться. Их остановил дежурный полицейский, объяснив, что им не следует покидать дом до прибытия полицейского комиссара. Кажется, мисс Дженис все–таки потом удалось еще раз выскользнуть на улицу. Но с мадам Нил она, по–видимому, так и не увиделась.
Появляется комиссар. Так! Он их спрашивает.
Так! Они просят разрешения повидать мадам Нил. Комиссар предлагает послать за ней человека. Посылают того самого полицейского, который уже проявил такое служебное рвение. К счастью, при нем есть фонарь. Дом мадам Нил как раз напротив, вы, вероятно, уже слышали или читали…?
– Да, – подтвердил Дермот.
– Полицейский, – сказал мосье Горон, положив на стол оба своих толстых локтя и скорчив неописуемую гримасу, – входит в ворота и идет по дорожке.
