– Я тебя обо всем этом не спрашивал. Я только хотел посоветоваться насчет подарка для мисс Генри.
Нед помрачнел.
– У тебя с ней далеко зашло? – спросил он бесстрастно.
– Заходить–то нечему. Я там был, наверное, раз шесть, к сенатору приходил. Иногда видел ее, иногда нет, кругом всегда люди, «здравствуйте» или «до свидания», вот и все. У меня как–то еще не было случая поговорить с ней."
"На секунду в глазах Неда вспыхнули веселые огоньки. Он пригладил усики ногтем большого пальца и спросил:
– Завтра ты первый раз там обедаешь?
– Да, хотя думаю – не в последний.
– А на день рождения тебя не пригласили?
– Нет. – Мэдвиг заколебался. – Еще нет.
– Тогда мой совет тебе вряд ли понравится.
– А все–таки? – спросил Мэдвиг с бесстрастным лицом.
– Не дари ей ничего.
– А, иди ты!
Нед пожал плечами.
– Дело твое. Ты спросил – я ответил.
– Но почему?
– Подарки дарят только в том случае, если уверены, что они будут приняты с удовольствием.
– Но ведь все любят их получать…
– Конечно, но здесь дело сложнее.
Когда ты кому–нибудь что–нибудь даришь, ты как бы во всеуслышание заявляешь: я, мол, уверен, что этому человеку приятно получить от меня подарок.
– Я тебя понял. – Мэдвиг встал, потер рукой подбородок и нахмурился. – Наверное, ты прав. – Затем его лицо просветлело. – Но будь я проклят, если упущу этот случай.
– Хорошо, – быстро сказал Нед. – Ну тогда цветы или что–нибудь в этом роде.
– Цветы? О Господи… Да я хотел…
– Конечно, ты хотел подарить машину или пару ярдов жемчуга. Позже тебе еще представится такая возможность.
Начни пока с небольшого.
Мэдвиг поморщился.
– Ты прав, Нед. В этих вещах ты лучше разбираешься. Так, значит, цветы.
– И не очень много, – бросил Нед и, не переводя дыхания, продолжал: – Уолт Айвенс повсюду трезвонит, что ты, мол, должен выцарапать его брата из тюрьмы.
– Так пусть знает: Тим не выйдет до конца выборов.
– Ты допустишь, чтобы был суд?
– Да, – сказал Мэдвиг и с раздражением добавил: – Ты отлично знаешь, что я ничего не могу поделать.
Уладить эту историю сейчас, когда мы хотим переизбрать своих кандидатов, когда все женские клубы и организации и так готовы нам глотку перегрызть, – нет уж, лучше камень на шею – и в воду.
Нед криво усмехнулся:
– Что–то нас не очень–то беспокоили женские клубы, пока мы не связались с аристократами.
– А теперь беспокоят. – Глаза Мэдвига потемнели, стали непроницаемыми.
– Жена Тима родит в следующем месяце, – сказал Нед.
Мэдвиг шумно и нетерпеливо вздохнул.
