– Все, мы не можем больше терять времени. Пора звонить в полицию. Кто-нибудь мог слышать выстрел?
– Вряд ли. Мы живем на некотором отдалении от остальных домов деревни. Итак, сейчас мы должны его услышать?
– Да, – ответила Корделия и после паузы прибавила: – Что это за странный звук донесся из дома? Неужели выстрел?
– Не может быть. Должно быть, выхлоп автомобиля. Мисс Лиминг говорила, как плохая актриса – слова получались стертыми и неубедительными. Но самое главное, что они произнесены, что она их запомнит.
– Но на улице ни одной машины. И звук определенно исходил из дома.
Переглянувшись, они бегом бросились обратно в дом. Первой в кабинет вошла мисс Лиминг, Корделия следовала за ней.
– Его убили! – воскликнула мисс Лиминг. – Нужно позвонить в полицию.
– Нет, это не то! Вы этого не должны говорить. У вас и в мыслях этого не должно быть. Вы подходите ближе к телу и говорите: «Он застрелился. Нужно позвонить в полицию».
Мисс Лиминг равнодушно посмотрела на труп своего бывшего возлюбленного, а потом оглядела комнату и, забыв о своей роли, спросила:
– А что вы здесь без меня делали? Наверное, остались отпечатки пальцев?
– Пусть это вас не волнует – я приняла меры.
Запомните только: вам не было известно, что когда я первый раз приезжала в Гарфорт-хаус, у меня был пистолет. Вы не знали также, что сэр Рональд забрал его у меня. Вы вообще не подозревали о его существовании до этого момента. Вы встретили меня сегодня, проводили в кабинет сэра Роналда, а потом встретили опять минуты через две, когда я от него выходила.
Мы вместе с вами дошли до моей машины. О чем мы разговаривали, вы, я надеюсь, запомнили. Потом мы услышали выстрел и побежали сюда. Все остальное забудьте напрочь. Когда они начнут задавать вам вопросы, ничего не сочиняйте, не бойтесь сказать, что чего-то не помните. А теперь звоните в кембриджскую полицию.
* * *Через три минуты они уже стояли вместе на пороге дома в ожидании приезда полицейских.
– Когда они будут здесь, нам лучше ни о чем больше с вами не разговаривать и не проявлять интереса друг к другу.
Они могут заподозрить убийство, только если им покажется, что мы в сговоре. А с какой стати нам вступать в сговор, если мы едва знаем друг друга и даже не особенно друг другу нравимся?
Она права, подумала Корделия. Они не нравятся друг другу. Ей самой было бы безразлично, если бы в тюрьму угодила какая-то мисс Лиминг. Другое дело – мать Марка.
