Можешь что-нибудь добавить?
— Я не хочу работать на Лонг-Айленде, — заявил Теодор.
А Фриц добавил только:
— Разыщи его, Арчи.
— Он запретил.
— Да, но ты… все равно найди его! Где он будет спать? А что будет есть? — Фриц всплеснул руками.
Я встал, подошел к сейфу, открыл его и заглянул в ящичек, где мы всегда хранили наличные на случай непредвиденных расходов. Там должно было быть чуть больше четырех тысяч; осталось же в наличии чуть больше тысячи. Я закрыл дверцу сейфа, крутанул ручку и заявил Фрицу:
— Ему хватит и на ночлег, и на питание.
Так, я точно изложил факты?
— Не совсем. Мы недосчитались одной сумки, пижамы, зубной щетки, бритвы, трех рубашек и десяти пар носков.
— А трость он захватил?
— Нет. Только старое серое пальто и старую серую шляпу.
— Посетители у него были?
— Нет.
— А телефонные звонки, кроме моего?
— Я даже не знаю, что ты звонил. Мой параллельный аппарат тоже подключен к сети, как и у него, но сам знаешь, что в твое отсутствие я отвечаю на звонки лишь тогда, когда он сам меня просит.
Звонок был всего один, в двенадцать минут первого.
— Проверь свои часы. Звонил я. В пять минут первого. — Я подошел и потрепал его по плечу. — Ладно. Надеюсь, работа на новом месте тебе понравится. А как насчет завтрака?
— Но, Арчи! Его завтрак…
— Ничего, я готов его съесть. Я сорок миль проделал на пустой желудок. — Я снова похлопал его по плечу. — Послушай, Фриц. Я, конечно, зол на него, чертовски зол. Но после того как я проглочу дюжину гренок с жареной ветчиной и восемь-десять яиц под твоим фирменным соусом, а также кварту кофе, возможно, я и подобрею.
Скорее всего, разозлюсь еще сильнее, а может и нет. Кстати, как насчет его любимого меда, который ты мне уже давненько не давал? Тимьянового, кажется?
— Его осталось… немного. Четыре банки.
— Отлично. Тогда на десерт подай мне его вместе с горячими оладьями. Может, тогда я и сменю гнев на милость.
— Ни за что бы не подумал… — голос Фрица предательски дрогнул, и он умолк, а потом начал заново: — Ни за что бы не подумал, что такое может случиться.
В чем дело, Арчи? — Он буквально скулил. — Что произошло? У него был такой прекрасный аппетит в последнее время…
— А мы сегодня собирались пересадить несколько мильтоний, — упавшим голосом добавил Теодор.
Я досадливо крякнул.
— Так иди и пересаживай. От него все равно толку как с козла молока. И вообще убирайся и оставь меня в покое! Я должен пораскинуть мозгами. К тому же я голоден как волк.
