Меченный смертью. Том 3 (СИ)

Но все это будет завтра, а пока вы мои гости. Чувствуйте себя, как дома.

После этих слов Елена благодарно кивнула, потом горячо взглянула на меня и сдавленно прошептала:

— Спасибо вам, ваше сиятельство! За все!

Я крепко пожал ее руку, поднялся с дивана, и подошел к Ярцеву.

— Виктор Петрович, мне срочно нужны сегодняшние записи Николаево. Наша группа засняла те дома, что уцелели?

— Да, конечно, ваше сиятельство. Видео уже у вас на рабочем ноутбуке.

— Отличная работа, Виктор Петрович, — поблагодарил я Ярцева и поспешно двинулся в сторону кабинета.

Нужно было срочно проверить, уцелел ли дом Елены после сегодняшнего нападения.

Ярцев последовал за мной. Заметив это, я обернулся и вопросительно взглянул на него.

— Как вы себя чувствуете, ваше сиятельство? — в голосе Виктора Петровича звучало плохо скрываемое беспокойство.

Я остановился и пристально поглядел на него.

— Виктор Петрович мне кажется, или вы все-таки что-то от меня скрываете про мое сегодняшнее, так скажем «недомогание».

Ярцев помолчал, поиграл желваками, а потом, словно, наконец, решившись, сказал:

— В дороге у вас была остановка сердца. Это произошло уже на нашей территории. Елена контролировала ваше состояние и, когда она закричала на всю машину, что вы умерли, у меня у самого чуть сердце не остановилось. Я резко затормозил и перелез к вам. Сердце у вас действительно не билось… — Ярцев сделал паузу и как-то странно посмотрел на меня. — А потом… — И тут он вдруг замолчал.

— Что случилось потом, Виктор Петрович? — У меня появились смутные подозрения на этот счет, но, прежде чем их высказать, я хотел услышать ответ Ярцева.

— Вы запретили мне это делать, но внутри меня словно что-то проснулось. Будто это и не я был вовсе. Всего на пару секунд моя рука сама собой опустилась вам на шрам… — В глазах Ярцева мелькнуло что-то похожее на неприязнь. — А потом мне резко поплохело. Было такое ощущение, что из меня за секунду полведра крови вытекло. Я чуть сознание не потерял. Зато вы сразу ожили.

Я с трудом доехал до больницы. По пути еще как-то умудрился раздать по рации приказы своим бойцам. Доктор нас обоих потом откачивал своей чудо-инъекцией. Матвей Васильевич большой молодец, скажу я вам. — Ярцев замолчал и глянул на меня исподлобья.

Юлить и изворачиваться в этом случае было бесполезно. Ярцев уже знал про многие мои странности, появившиеся после черной метки, и относился к ним вполне лояльно.

— Такое уже было со мной, Виктор Петрович.