Меченный смертью. Том 3 (СИ)

Все прошло, как и в предыдущий раз: воронка затянула поверженного зверя и, вытянувшись в тонкую полоску, исчезла в моем теле, которое бдительно охранял Виктор Петрович.

Хотя, нет. В этот раз я почувствовал кое-что новое. Оглянувшись назад, я с удивлением заметил, что рана на моей лапе довольно ощутимо затянулась и перестала кровоточить. А вместе с этим исчезла и острая боль. Вот это поворот! Оказывается, что сила поверженного монстра помогает тигру восстанавливаться после ранений. И это, конечно, очень хороший и неожиданный бонус за победу в нелегком сражении.

Я огляделся и оценил обстановку на нашей линии обороны. Бойцы бегом возвращались на свои огневые позиции. Техника отъезжала за дорогу, в специально вырытые для нее углубления. Теперь это будут неподвижные, но зато гораздо лучше защищенные огневые точки. Все действия наших сил говорили о том, что Коршунов передумал отступать и собирается встретить и дать отпор силам наступающего врага.

Я понимал, что если сейчас вернусь в свое тело, то толку от меня не будет.

Я, скорее всего, просто вырублюсь, как и в прошлый раз, и тогда Ярцеву срочно придется везти меня к доку или тратить на меня свои жизненные силы. Этого я допустить не мог. Так что разумнее всего сейчас было оставаться тигром.

Я увидел, как Виктор Петрович взвалил на себя мое тело и потащил его в бункер. И это было абсолютно правильное решение. Ярцев сейчас гораздо больше нужен в строю, на огневой позиции, а не в качестве бесполезного телохранителя.

Внезапно я услышал совсем неподалеку знакомый довольный рык.

И вместе с этим у меня перед глазами возник образ ухмыляющегося медведя, который благодарно похлопал меня по тигриной полосатой спине.

Я оглянулся, и точно — передо мной стоял израненный, но довольный косолапый. Раны на его теле перестали кровоточить, а магический щит заметно окреп. Я знал, что аномальные монстры во время передышек между драками и сражениями, могут быстро регенерировать повреждения и восстанавливать физические и магические силы.

Поэтому я не сильно удивился относительно бодрому состоянию медведя. Больше меня поразила серия образов и ощущений, которые, как мне показалось, осознанно посылал мне косолапый.

Я попробовал отправить ему в ответ образ надвигающегося на наши позиции врага. Медведь сразу же оскалился, посмотрел в сторону зарослей дикого леса и грозно зарычал. Похоже, что косолапый понял меня с полуслова, точнее даже без слов. Это был новый и очень необычный опыт.