Меченный смертью. Том 4

Опоздав, как и положено влиятельному человеку, минут на двадцать, не более того, в дверях наконец-то явился князь Зубов. Вошел он бодрым шагом, на лице его играла приветливая улыбка, а голос был басовитым и довольно располагающим. После того, как мы были друг другу представлены, генерал губернатор, попытавшись изобразить сожаление в голосе, сказал:

— Господа, прошу прощения, что заставил вас ждать. — Он дал нам знак рукой присаживаться обратно на свои места, а затем подошел и удобно устроился между нами во главе стола.

— Нисколько, ваше превосходительство, — тут же откликнулся Доронин, — граф Белов оказался весьма интересным собеседником, наделенным, несмотря на свой юный возраст, необычайно высоким умом.

— Весьма польщен столь высокой оценкой, граф, — подключился я к разговору. — Особенно из ваших уст. Ведь поговаривают, что вы весьма разборчивы в людях и невероятно бережливы на комплименты.

Генерал-губернатор довольно рассмеялся.

— Смотрите, Андрей Филиппович, он так и вас за пояс заткнет. Очень уж метко выражается.

Граф Доронин в ответ широко улыбнулся, но в глазах его на мгновение мелькнул недобрый огонек.

— Ну что ж, господа, приступим к трапезе. — Князь Зубов энергично потер руки. — А после пожалуйте в гостиную. Там нас ждут великолепные кубинские сигары, отменный коньяк и приятная беседа.

Насчет последнего пункта я не был уверен, что он будет приятным. Но это хотя бы означало, что обед пройдет в хорошем настроении, а серьезный, или точнее, как его назвал граф Доронин, конфиденциальный, разговор состоится позже.

Обед был вполне себе ничего. Блюдам, конечно, не хватало капельки домашнего уюта, как у Марфы Васильевны, но зато от изысканности деликатесов стол просто ломился. Князь был весьма разговорчив и, как мне показалось, слишком уж деланно легкомыслен. Он явно хотел произвести впечатление добродушного и дружелюбного хозяина. Но я точно знал еще по своей прошлой жизни, что это была лишь маска, за которой скрывается хладнокровный и опасный хищник.

"Непринужденное общение за аппетитной трапезой продолжалось около получаса. И, наконец, когда все насытились, мы перешли в гостиную. Устроившись поудобнее в креслах, мы раскурили по сигаре. Лакей тем временем разлил коньяк по бокалам и удалился.

Генерал-губернатор выпустил к потолку струю сизого дыма, отхлебнул из своего бокала и пристально посмотрел на меня. Взгляд его стал вдруг цепким и холодным.