Мечник, Вернувшийся 1000 лет спустя. Том 3

Абель потрогал порез, с удивлением глядя на кровь на пальцах.

— Ты напала на меня… — прошептал он. — Ты, действительно, напала на собственного брата⁈

— А ты оскорбил мою честь! — холодно ответила Хлоя.

Напряжение в комнате достигло критической точки. Абель медленно принял боевую стойку, а вокруг Хлои закружились новые цветы ликориса.

— Хорошо, — сказал он тихо. — Если ты хочешь решить это силой, я не против.

Они сошлись в центре комнаты. Абель был сильнее физически, его техники боя отточены годами тренировок и реальных сражений.

Лепестки ликориса атаковали со всех сторон, но Абель уклонялся с мастерством опытного воина. Он попытался сблизиться, но Хлоя создала между ними завесу.

— Ты изменилась, — сказал он, кружась вокруг завесы. — Стала сильнее. И… опаснее.

— Дарион вдохновляет меня, — эмоционально ответила Хлоя, формируя из лепестков длинные лозы.

— Он делает тебя безумной!"

"Лозы из ликориса ринулись на Абеля, но он схватил одну из них голыми руками, проигнорировав порезы, и дернул. Хлоя потеряла равновесие, и брат воспользовался этим, чтобы сократить дистанцию.

Его рука легла на горло сестры, но не сжалась.

— Остановись, — тихо сказал он. — Ты же моя младшая сестра. Я не хочу причинять тебе вред.

Хлоя замерла. В ее глазах мелькнуло что-то — остатки старой привязанности, воспоминания о временах, когда они были просто братом и сестрой.

— Я беспокоюсь за тебя, — продолжил Абель. — Этот вопрос дойдет до старейшин клана. Они не потерпят подобного поведения от члена семьи. У тебя могут быть серьезные проблемы.

Цветы ликориса медленно растворились в воздухе. Хлоя опустила руки, но ее лицо оставалось холодным.

— Я делаю то, что хочу, — сказала она тихо. — И мне плевать на мнение старейшин.

— Хлоя…

— Убирайся из моей комнаты, — прервала она его.

Абель долго смотрел на нее, затем тяжело вздохнул.

— Хорошо, — сказал он. — Но когда все пойдет наперекосяк, не говори, что я тебя не предупреждал.

Он развернулся и вышел, тихо закрыв за собой дверь.

Хлоя осталась одна в комнате, ее дыхание постепенно выровнялось. В отражении зеркала она увидела собственные глаза — горящие лихорадочным блеском.

— Пусть попробуют мне помешать, — прошептала она. — Дарион принадлежит мне.