Мечник, Вернувшийся 1000 лет спустя. Том 3

Глава 18

Безумие и откровение

Мари, Эрик и Норрис сидели в небольшой кофейне неподалеку от здания «Последнего Предела», уставившись в свои чашки с мрачными лицами.

— Он сегодня заставил меня бегать с бревном на плечах, — простонал Норрис, потирая ноющую спину. — Два часа! Я думал, умру. Где он только достал такое тяжеленное бревно?

— А меня заставлял стрелять по мишеням размером с монетку, — добавила Мари, массируя затекшие пальцы. — И орал, что у слепой бабки прицел лучше.

— Со мной он вообще творил что-то невообразимое, — Эрик поправил очки и болезненно поморщился.

Все трое выглядели как участники какого-то военного лагеря. Синяки, ссадины, постоянная усталость — таковы были плоды тренировок под руководством S-рангового гиганта по имени Бартоломей Реккар. Охотника, который, похоже, наконец-то дорвался до своей главной страсти — тренировать других.

— Так не пойдет, — задумчиво произнес Норрис, помешивая кофе, — мне кажется, мы подходим к этому неправильно.

— К чему неправильно? — уточнила Мари.

— К нашим отношениям с Дарионом. Мы стараемся стать сильнее, тренируемся до изнеможения, но так и остаемся для него… ну, как бы это сказать…

— Мебелью? — предложил Эрик.

— Именно! — воскликнул Норрис. — Мы для него как мебель. Полезная, но незаметная. А ведь мы хотим показать, что мы не просто поклонники, а настоящие соратники! Те, на кого можно положиться!

Мари задумчиво покусала губу.

— И что ты предлагаешь?

Норрис наклонился вперед, его глаза загорелись энтузиазмом.

— Дарион — воин, правильно? Он, как и каждый воин, уважает силу, мастерство, боевой дух. Значит, нужно показать ему эти качества!

— Мы и показываем, — возразил Эрик. — Каждый день убиваемся на тренировках.

— Нет, не так! — Норрис ударил кулаком по столу, заставив чашки подпрыгнуть. — Мы тренируемся как ученики.

Мари и Эрик переглянулись.

— Норрис, — осторожно начала девушка, — ты же помнишь, что случилось с инструкторами Гильдии? Дарион разделался с ними за секунды. Мы даже не близки к ним по уровню умений.

— А помнишь полосу препятствий? — добавил Эрик. — Тридцать семь секунд. Тридцать семь!

Но Норрис не особо слушал своих друзей, полностью погрузившись в свою идею.