Мечник, Вернувшийся 1000 лет спустя. Том 4

На парусах красовался герб клана Шу.

Капитан — пожилой мужчина с седой бородой и множеством шрамов на руках — поклонился при нашем появлении.

— Готовы к отплытию, госпожа Сонг, — доложил он. — Ветер попутный, волнение слабое. Дойдем до острова к рассвету.

— Превосходно.

Я поднялся на борт, оглядывая корабль. Все было сделано качественно и продуманно. Видно, что клан Шу не экономил на снаряжении.

Сонг поднялась следом, неся за спиной странный предмет — длинную трубку с металлическими кольцами по всей длине. Оружие? Артефакт? Не похоже ни на то, ни на другое.

— Что это? — кивнул я на трубку.

— Боевой посох нашего клана. Работает как катализатор для магии ветра.

— Я думал, ты владеешь клинком, разве нет?

— Нет, — улыбнулась девушка. — Клинок — это второе оружие, а посох — первое. Мой стиль больше ориентирован на усиление физических способностей, чем на прямое применение магии.

Интересно. Большинство магов предпочитали держаться на расстоянии и швыряться заклинаниями. Но если Сонг владела техниками Эддарда, то логично, что она адаптировала их под свои способности.

Корабль отошел от причала и направился в открытое море. Я устроился на носу, наблюдая за тем, как берег постепенно удаляется. Ветер трепал волосы, а соленые брызги оседали на лице.

Сонг подошла и села рядом.

— Дарион, можно вопрос?

— Слушаю.

— Почему ты согласился помочь нашему клану? Я имею в виду, ты мог просто продать дракона и уехать.

Я слегка улыбнулся, глядя на горизонт.

— Это очевидно, разве нет? Ваш клан — это наследие моего старого друга. Эддард потратил годы, создавая свою школу боевых искусств. Он обучал людей, передавал знания. Не хочу, чтобы все это исчезло из-за политических игр каких-то придурков.

— И это все?

— Нет, не все. Если клан Шу снова станет правой рукой императора, «Последнему Пределу» это только на пользу. Союзники в Восточной Империи нам не помешают.

Сонг кивнула, принимая объяснение. Но я заметил, что она выглядела слегка разочарованной. Видимо, ожидала услышать что-то более… романтичное?

— А твоя семья не против твоих самостоятельных решений? — спросил я, меняя тему.

— Отец доверяет моему суждению. Я не ребенок. Мне двадцать четыре года, и я один из лучших бойцов клана.

— Хвастаться нехорошо.

— Это не хвастовство. Это факт, — гордо приподняв голову, ответила она.