Мимик нового Мира

— Но если я не хочу? И зачем вы решили ударить меня посохом да ещё и ослепить?

— Ну… за последнее приношу свои извинения, но я думала, что Вы сейчас потеряете контроль. То существо было довольно опасным на вид, да и я раньше таких не видела, а знаки морфирования довольно опасны сами по себе.

— Это я знаю, но…

— Кстати об этом, вы слишком много знаете и ведёте не совсем стандартно для мира, в который только что пришла Система. У нас есть список всех Богов и Богинь вашего мира. Не скажете, какому Высшему существу вы служите?

— Не скажу.

— Жаль, но Ваше поведение довольно странное. Скажите, Вы испытывали сильные эмоциональные перебои?

— Я на приёме у психиатра?

— Нет, но первоначально Вы в семёрке, а это даёт привилегии, в том числе и психологическую консультацию.

— Так, а вот в мою голову лезть не надо, ни в прямом, ни в переносном смысле. Мне нужны мои мозги в нормальном состоянии, в котором они пребывают на данный момент.

Девушка вздохнула… — Опять… уже несколько сотен лет одно и тоже.

Как же вы все меня задолбали! — В глазах сверкнул гнев, вот только данная волна копилась довольно долго, а я сейчас попаду под раздачу. — Я пытаюсь вам всем помочь, а вы все, неблагодарные твари, только и можете, что обвинять нас во всех грехах, как и в том, что случилось в вашем долбанном мире! Думаете мне самой хорошо?! Нет! Я тут уже сотни лет! Мой мир погиб! А теперь я вынуждена помогать таким придуркам, как вы, во всём разобраться и помогать! А вы хоть раз спасибо бы сказали! Но нет! У вас греб#нная беда! А на всех остальных вам вовсе наплевать! Достали!

В мою сторону полетела многострадальная чашка, но тут же остановилась.

Поймав её при помощи телекинеза, я спокойно поставил её на стол, после чего молча посмотрел на побледневшее от ужаса лицо девушки. Встав с кровати, я подошёл и, приобняв, погладил девушку по спине.

Полились слёзы, которые сдерживались годами. Ну да, это тут я бездушная тварь, но не другие. Нужно помнить об этом и не забывать.

Через десять минут всё закончилось и немного опухшие личико трёхсотлетней девушки вновь постаралось натянуто улыбнуться, но я пресёк данную попытку.

— Прошу, не сдерживайте себя. Я не очень люблю масочничество, поэтому прошу — будьте собой в любой ситуации.

Молчание и раздумье было мне ответом, потом медленный и вдумчивый кивок. — Хорошо и прошу прощения за свою некомпетентность. Наболело.

— Понимаю, но не нужно держать всё в себе и казаться тем, кем не являетесь.