"
"— Ну вот, девочки, — вдруг раздался мелодичный голос за моей спиной, — а вы говорили, никого знакомого не встретим… Рома, как же я рада тебя видеть…
С не меньшей радостью и я обернулся к подошедшим двойняшкам и их прекрасной матушке. Гладкие темные волосы, нежный взгляд, ласковая улыбка — на фоне дочек с вечно ехидными мордашками она казалась невероятной красоткой. Статная, ухоженная и зрелая — и это я еще не говорю про просто обалденные формы, обтянутые бледно-розовым горнолыжным костюмом. А ее имя буквально рассыпалось сахаром на языке — Нелли.
Лучшее слово, которым можно описать эту роскошную женщину, — милфа. И когда на нее смотришь, в принципе да — ее хочешь.
— И так вырос, — изрекла она, одобрительно оглядев меня. — А твоя мама не говорила…
А затем подняла руку, чуть потянулась и потрепала меня по волосам, как трепала, когда я еще ходил под стол. Меня всегда поражало, как девушки и женщины постарше смотрят сверху вниз, даже будучи ниже.
— Совсем как взрослый, — добавила она.
— Процентов на девяносто, — фыркнула рядом Женя.
Лера громко хихикнула, и обе насмешливо потянулись к моим волосам с разных сторон, за что тут же обе получили от меня по своим загребущим ручонкам.
— Девочки, что вы перевираете? — покачала головой их матушка. — Я же не это имела в виду… Ром, — посмотрела она на меня, — ты же понимаешь?
В этот момент, явно не увидев меня за тремя парами сочных сисек, к стойке вернулись Алена и Арина.
— О, и вы здесь, шлюшки, — усмехнулась последняя, заметив двойняшек.
— Тише! — синхронно шикнули они. — Мы тут с мамой!
Их матушка же улыбнулась еще лучезарнее, ничуть не смутившись тем, как назвали ее милых деток.
— Вот видите, девочки, сколько у вас здесь знакомых. Я же говорила, это будет отличный отдых!.. Рома, если что, — напоследок участливо добавила она, — можешь обращаться по любым вопросам ко мне и девочкам, — на этом моменте два ее исчадия дружно закатили глаза, как бы говоря «вот еще».
— Тем более твоя мама просила за тобой присмотреть…
Попрощавшись, это прекрасное семейство зашагало к лифту. Я же задался вполне закономерным вопросом: и почему мама просила всех за мной только присмотреть? Почему, например, она не просила никого меня трахнуть?
— Ваши ключи, — сухо произнес сотрудник за стойкой, уже явно мечтавший, чтобы я поскорее ушел со всеми своими девушками и освободил его от тяжких дум о классовом неравенстве.
