А ты что думала, что я только трахаться умею?
Как-то после одного случайного тестирования в моей модной московской школе маме сказали, что у меня абсолютный слух и что в моем лице она может получить нового Рахманинова, а то и Чайковского. И она решила его получить, отправив меня в музыкалку. Но тут батя заявил, что Чайковский был педиком, а его сын педиком не будет — его сын будет рок-звездой, которой в свое время не стал он, так что он сам меня всему научит на своей старой, давно пылившейся гитаре. Я же больше хотел рубиться в игрушки и бегать по улице, чем разучивать ноты.
На что отец сказал, что в первый раз ему дали именно за гитару, и это резко повысило привлекательность инструмента в моих глазах.
— Гитара — это ключ к женским кискам, сынок, — говорил он.
Правда, хватило батю ненадолго — он легко терял интерес к тому, что начинало нормально получаться. Поэтому, едва научив меня подбирать аккорды, он это дело забросил. Я же, еще немного побренчав и не увидев особой реакции, тоже забил. Так что не стал я ни Чайковским, ни новой рок-звездой, но кое-какие навыки все же остались.
И судя по сияющему взгляду Влады, смотревшей, как я перебираю струны, все-таки в чем-то отец был прав.
— А что еще можешь? — аж с придыханием спросила она.
— Да практически любую твою песню могу наиграть.
По крайней мере из тех, что слышал в отеле почти каждый день.
— Даже «Брошенку» твою могу.
— Серьезно? — изумилась колючка.
— Серьезно, мне даже ноты не нужны.
И начал брать первые аккорды, любуясь, как с каждым моим ударом по струнам ее глаза загорались все ярче.
А когда я добрался до припева, Влада и вовсе смотрела на меня как группиз на своего кумира. Ну а дальше, видимо, сработал инстинкт, присущий всем группиз: выразить почтение кумиру, не отрывая его от основного занятия. Теплые губки неумело, но очень усердно обхватили мой член.
— А говорила, не будешь, — заметил я, наигрывая.
— Не отрыфайся… — пробурчала хозяйка этих губок с набитым ртом.
Сама не отрывайся. Тем более тебе еще столькому надо научиться.
Ученица, надо сказать, оказалась удивительно обучаемой, подстраивая напор и скорость прямо под ритм мелодии — и в те моменты, когда музыка ускорялась, ласки становились еще активнее. Кончил я аккурат под финальные аккорды, чуть сфальшивив от оргазма, зато Влада свою партию выполнила чисто.
— А сыграй что-нибудь еще, — едва переведя дыхания, попросила она.
Только мои пальцы коснулись струн, как преданная фанатка снова набросилась на мой пах.
