— Иди спереди! Не хочу чувствовать твой взгляд на своей заднице. Джентльмен, блин…
Да я уже настолько задниц насмотрелся, что твоя тощая вряд ли хоть чем-то удивит. Пропустив меня вперед, остаток пути эта леди упрямо шагала за мной, и теперь я чувствовал ее взгляд на своей заднице. Такой процессией мы добрались до лифта. Глухо лязгая, он гулял где-то по этажам и вниз вообще не торопился.
— Какой-то долгий лифт для этого «Престижа»… — проворчала Влада, нетерпеливо прислушиваясь.
Наконец дверцы распахнулись, люди вышли, а мы зашли.
— Почему оттуда толпа, а туда нас только двое? — продолжала ворчать собеседница.
— Ага, — хмыкнул я, — фанатов твоих тут только и не хватает.
Покосившись на меня, она резко нажала на кнопку третьего этажа, следом я нажал на свой последний. Однако дверцы не спешили закрываться.
— Чего так медленно-то? — леди что-то вконец разнервничалась. — Как будто мне нравится тут торчать! — и начала долбить по кнопке своего этажа.
— Не эту кнопку, — подсказал я.
— Да это ты виноват, — буркнули в ответ, — отвлекаешь…
Чем — своим присутствием? Наконец лифт сдался, дверцы закрылись, и кабина тронулась вверх.
Правда, не проехав и десятка секунд, с громким лязгом дернулась и остановилось. Следом погас свет, и сразу же включилась тусклая аварийная лампочка. Ну давай, скажи, что и это тоже я виноват.
— И что теперь делать-то? — опять проворчала Влада.
— Еще на одну кнопочку нажми, ты же умеешь.
Она молча зыркнула в мою сторону и начала долбить точно так же по аварийной кнопке.
Та судорожно запищала, намекая, что сейчас сломается и вызов помощи.
— Да хватит уже, — я легонько откинул ее руку. — Или так хочется всю ночь провести тут со мной?
— Что ж вы все такие озабоченные! — пробурчала эта звезда и, скрестив руки на груди, забилась в противоположный угол. — Мне вообще твоя компания не нужна. А теперь непонятно, на сколько часов здесь с тобой застряла…
Да блин… Ты только что сама сетовала, что я тебя, бедную, якобы вниманием обделил, но при этом продолжаешь вести себя как обиженный еж.
А ты не думала, что человек, когда садится задом на колючку, пытается ее отодрать и выбросить, а не нежно погладить и взять в ладонь, чтобы любоваться иголками. Смотри, сколько внимания сейчас тебе одной — сделай хотя бы вид, что ценишь.
Ее глаза, аж блестяще черные в этом аварийном полумраке, замерли на мне.
— Будешь моим парнем? — спросила Влада.
А?.. В первый миг я даже подумал, что ослышался, но она продолжала выжидающе смотреть на меня.
