Что сказать? Поздравляю, Катерина! Надеюсь, наконец-то сделала вывод о том, что не стоит мутить с дебилом. Следом поздравить ее попросила и моя матушка.
— Что значит «что-то нет желания»? — напутствовала родительница по видеосвязи. — Просто занесешь подруге детства букет цветов от меня и от себя, конечно же. Это в честь всей той дружбы, всего того, что между вами было!
— Да она не помнит уже, что там когда-то было, — пытался отнекиваться я.
— Не говори глупостей, — давила собеседница, — все она отлично помнит.
А ты должен ее поддержать. Особенно сейчас…
Ага, должен — еще бы она это ценила. Но спорить с мамами себе дороже. Так что, в очередной раз выслушав, как важно показывать лояльность, я был отправлен с букетом белых роз и теплыми словами к одной заразе — поздравить с выпуском.
Добираясь до ее дома, я натолкнулся на десяток листовок на автобусных остановках и столбах, усердно, но, как оказалось, безуспешно зазывавших это величество в Англию. Грязные, потрепанные ветром, смоченные дождем — они уже не выглядели привлекательно.
Одна и вовсе, будто не выдержав моего взгляда, оторвалась от стены и упала на землю, где ее тут же придавил чей-то пыльный кроссовок, как бы говоря, что ООО «К+М» больше не актуально.
Ну а проходя мимо дома ее соседа, я с удовлетворением отметил, что на изрисованных воротах среди потускневших сердечек, членов и «Мишель, I love U!» появилась парочка весьма свежих и красочных «мудак», «урод» и «козел». Поскорее бы уже все следы его пребывания в Карпове исчезли, чтобы больше ничего не загрязняло город.
Наконец я дошел до нужного особняка и на пороге был встречен ее величеством лично, чьи поджатые губы и острый взгляд выдавали, что оно и сегодня не в настроении. Вот такое злое зло.
— Ну поздравляю, — сказал я, протягивая заразе цветы.
— С чем? — сухо отозвалась она, не спеша принимать букет.
А с чем тебя поздравляют другие? С тем, что избавилась от мудака?
— С выпускным, с чем же еще, — любезно пояснил я. — А что, я единственный, кто с ним поздравил?
— Спасибо, — отчеканила Катерина и выхватила розы так, словно собиралась меня ими стегнуть.
Вообще, матушка передала еще и кучу теплых слов, но от такого холодного тона я что-то их все подзабыл. Так что на этом моменте повисла пауза, которую должен был нарушить один из нас: или я вполне вежливой фразой «ну я пошел», или она чуть менее вежливой «ну ты б пошел» — что уже вовсю транслировала глазами. Так бы я и ушел, но тут появилась ее матушка.
