— Хотя, если б Катерине захотелось бутылочку, не то что пивкомобиль, он бы сюда целый винолет пригнал. И поливал бы ее сверху…
Наша Венера резко поднялась.
— А ты куда? — не поняла Амина.
— Пойду пилочку поищу, — с кислой миной отозвалась та. — Не могу с таким, — и, помахав огрызком ногтя, унесла свою безупречную задницу в темноту.
Что, Марианка, опять просчиталась? А я ведь предлагал хлебнуть винца вдвоем, но ты сама выбрала хлебнуть чего погорше. Все-таки если делиться с другими, тебе одной достанется весьма мало — а вот не делилась бы, глядишь, и ночевала бы не в холодной палатке трезвая, а пьяненькая в чьих-нибудь объятиях, и на сломанный ноготь тебе было бы глубоко плевать.
Так что бери пример с Катерины: эта свое никому не отдает — все себе забирает.
Стоило о ней подумать, как Императрица наконец соизволила почтить нас своим присутствием. Народ, заметив появившееся из мрака величество, аж испуганно попрятал пустые и полные банки, чтобы она не увидела последствий сего мелкого бунта.
Но зараза не увидела или сделала вид, что не увидела.
— Вы до скольки собрались сидеть? — царственный взор остановился на костре, и тот чуть сам не потух от такого давления. — Досидитесь допоздна — голова будет болеть.
Судя по мрачному фейсу, голова у нее и так болела не переставая. Надеюсь, к утру заболят еще и ноги — хоть какое-то отмщение за всех остальных.
— Расходитесь, завтра рано вставать, — бескомпромиссно известила Катерина. — Будет сюрприз, — и удалилась.
— Обалденный отдых… — еле слышно пробурчал кто-то.
— Я уже боюсь ее сюрпризов, — вздохнула Амина.
Как оказалось, не зря.
Ночь я почти не спал, только на этой турбазе оценив, как был неосмотрителен, когда смеялся над удобствами прошлого глэмпинга. Именно тут я в полной мере прочувствовал роскошь деревянной избушки по сравнению с обдуваемой ветром палаткой, роскошь одиночества по сравнению с храпом соседей, которых отправили в ту же палатку. Вообще, отдых на природе представлялся мне как-то романтичнее: посиделки у костра с песнями и разговорами по душам, ночные купания голышом, пары становятся ближе, уединяются по кустам и палаткам — но в этом походе пока что меня сосали только комары.
Зато сосали щедро — места живого не оставили. Однако все это было мелочами по сравнению с тем, что ждало нас дальше.
Следующим утром оказалось, что испытания еще не закончились, и все, кто любят родную природу, должны выдержать как минимум еще один этап этой любви.
