Вот только если кукольная барби просто сидит на полочке, то ее живая версия сразу же стала проверять, что ей можно в роли «младшей сестренки».
Стоило первой оторопи Полины пройти, как у нее вскоре случилась вторая, когда наша гостья появилась в гостиной в одном бикини.
— А, — протянула красотка постарше, офигевше оценивая идеальные формы красотки помладше, — ты так будешь ходить? У нас тут туристы, мужской персонал… Рома…
— А я думала, — ангельским голоском отозвалась Марианка, глядя на бикини поборницы морали, торчащий из-под расстегнутой блузки, — ты так ходишь, и мне так можно… — и сделала выразительную паузу, во время которой моя управляющая торопливо запахнула сиськи.
— Но я могу переодеться, хотя я просто на пляж.
— Ну если просто на пляж, — сдалась старшая сестренка, — то конечно…
— Ром, проводишь меня до пляжа? — проворковала младшая, поворачиваясь ко мне.
— Смотрю, ты не особо удивлена такому раскладу, — заметил я, когда мы вдвоем вышли из дома.
— По-твоему, я не знала, с кем моя мама переписывается последние полгода?
Небесно-голубой взгляд с иронией остановился на мне.
— Правда, Карпов — маленький город, — усмехнулась кокетка. — Все со всеми спали, а те, кто не спали, еще обязательно переспят…
Э, это такой намек? Мне начать действовать?
— Спишь, кстати, с Полиной? — внезапно добавила она.
— Нет, — машинально ответил я.
— А, понятно. Это многое объясняет.
Что это тебе объясняет? И почему все это спрашивают?"
"За разговором мы обогнули стоящую без крыши беседку, превратившуюся в гламурный долгострой после того, как главный строитель решил вдруг стать капитаном, и вышли на пляж.
Богиня любви, нашедшая приют в моем доме, сделала всего несколько шагов по горячему песку — и тут же в сонный покой пришла жизнь. Мужики-постояльцы, тюленившие на солнышке, как по команде замерли и дружно вывернули головы, чтобы поглазеть на нее. Следом девушки и женщины впились взглядами в ее безупречные прелести, отчаянно ища изъяны. Вот только перед ними сейчас было совершенство, и это совершенство с ходу нацелило свои совершенства на один из незанятых шезлонгов.
— Может, поплаваем? — предложил я, чувствуя, что должен выполнить завет отца: взять красотку в свои надежные руки.
— По расписанию у меня солнечные ванны, — отозвалась она, — а я привыкла придерживаться расписания. Но спасибо за предложение.
И нагнувшись так, что ее полуголая задница аппетитно выставилась в мою сторону, расстелила полотенце на шезлонге.
