Моя простая курортная жизнь 6

Но мне еще не дали чашку с какао — а что если вместо напитка там будет свернутое в трубочку заявление — мол, «глотни моей обиды по полной, абьюзер!» А если она попросит у меня рекомендацию перед уходом? Какую я могу ей оставить? Напишу как есть: «любит ходить голой по дому и вертеть задницей перед хозяином». Вряд ли ей понравится такая рекомендация — хотя, блин, с такой рекомендацией она еще быстрее найдет работу…

Наконец Полина закончила копошиться то около плиты, то около шкафов, молча поставила передо мной чашку с какао, в которой — о счастье! — было какао, и села на соседний стул к своей тарелке, уткнувшись глазами в свой оладушек.

— Слушай, насчет вчерашнего, — осторожно начал я.

— Вчера ничего не было, — на одном дыхании выдала она.

И надо сказать, удивительно достоверно выдала — я б сам поверил, если б не видел.

Жаль, ее выдавал румянец, который красными пятнами пошел по щекам.

— И все-таки… — продолжил я, пытаясь внести ясность и обсудить, какие теперь отношения между моей рукой и ее задницей.

— Ром! — с нажимом отрезала моя управляющая. — Вчера. Ничего. Не было! — и зверски растерзала оладушек, как бы намекая, что на его месте могу быть я, если продолжу настаивать.

Некоторое время мы молча ели — только приборы звенели по тарелкам и чашки со звоном приземлялись на стол. Однако к концу завтрака Полина заметно смягчилась, великодушно простив себе свою ночную глупость.

— Ромк, — позвала она, и я охотно перевел на нее глаза, — я хотела тебя кое о чем попросить…

Рекомендаций не дам. Даже не надейся.

— О чем? — невинно уточнил я.

— Предупреждай меня, пожалуйста, — красотка постарше встала из-за стола и начала собирать грязные тарелки, — когда твоя девушка будет к нам приходить…

А затем отвернулась к плите, снова говоря со мной пятой точкой.

"— Общаться с ней не входит в мои должностные обязанности…

На этом моменте я понял, что задница у нее, по всей видимости, играла роль щита, через который не проходили ни логика, ни слова, ни даже шлепки по этой самой заднице, да что там — даже Марианка не пробила брешь. Из подручных средств ничто не имело эффекта.