— Я там вела себя прилично, — игриво проворковала моя девушка в ответ, прижимаясь ко мне все теснее. — А вот вечерком буду неприлично…
В таком обнадеженном состоянии я отсидел последний урок и добрался до кабинета для наказаний — самого последнего на самом последнем этаже — такого укромного школьного уголка, куда отправляют всех диссидентов, посмевших бросить вызов официальной власти. Внутри как и в прошлый раз было довольно людно.
— Романтик, — раздалось со средней парты у окна, едва я вошел в кабинет, — сядешь? — добавила Валентина, показывая на пустой стул рядом с собой.
"
"Помнится, в прошлый раз она сидела не одна — теперь же две ее подружки, наказанные, как и я, за компанию, перебрались на одну парту вперед, оставив место рядом с оторвой вакантным. Неужели специально для меня?.. « Моя» — очень некстати пронесся в голове вытатуированный кусочек загадочной надписи над ее киской. Чувствуя, как меня интригует все, что с ней связано, я подошел к ее хозяйке и сел рядом. К тому же, несмотря на опасения Инны, бунтарка сейчас выглядела смиренно и даже как будто чуточку виновато.
Рукава блузки опущены, пряча татуировки, пуговицы застегнуты почти до самой шеи, и только ярко-красный лифчик выделялся из-под белой ткани, все же напоминая, что рядом плохая девочка.
— В общем, мне неловко, — начала она, как только я приземлился рядом. — Извини, что тебя из-за меня наказали. Выглядит, словно я тебя подставила.
— Да все нормально, — сказал я.
Меня и без тебя рвались наказать — ты случайно повод дала.
— Не, так не пойдет. Держи, — Валентина распахнула сумку и, вытащив оттуда плитку шоколада, протянула мне. — Пусть извинение будет посущественнее…
В принципе, от еды и секса я никогда не отказываюсь. Девушкам нужно кому-то все это давать, так почему бы не мне?
— Спасибо, — не став ломаться, сказал я.
— А нам? — тут же заныли ее подружки, поворачиваясь к нашей парте. — А мы тоже голодные, а мы не покушали! А нам у тебя ничего нет?
— Хотите? — я развернул шоколадку.
Все случилось так быстро, словно я бросил крошки хлеба гуляющим по парку голубям.
— Хотим! Спасибо! — загалдели они и мигом растащили все, оставив мне лишь одну дольку.
— Эй, совсем обалдели! — прикрикнула на них оторва. — Чайки вечно голодные! Я же ему купила!
Хихикая, они стали смачно грызть похищенное.
— Романтик, — хрустя шоколадом, вдруг спросила одна, — а правда, что ты брат Мишеля?
Я чуть слюной не подавился.
