— А у Даши есть замечательный парень, — парировала она. — И ему надо думать, какие идеи генерировать и куда водить, а куда не водить свою девушку. Булочке нельзя оказываться в тех местах, которые ей не по уровню…
Ну да, это мы уже поняли.
За всеми этими мыслями я не сразу заметил, что против общего потока шел не один. С унылым видом впереди плелась Влада, и пока все счастливчики сбегали из школы, мы забредали в самые ее недра. Оба свернули на лестницу, уже успевшую опустеть, и наши шаги теперь гулко отдавались в тишине.
Честно, я бы и дальше шагал в такой же тишине, глядя, как школьная юбка колышется на ее тощих бедрах, но тут одна зазнавшаяся звезда вдруг обернулась.
— Ты что, меня сталкеришь?
— Ага, — отозвался я, — заняться же мне больше нечем.
Однако вместо того чтобы продолжить путь в блаженной тишине, она ехидно фыркнула.
— Тебя наказали, что ли? А я думала, ты у нее в кругу друзей…
— Так и тебя, смотрю, наказали. Что, надрывалась вчера весь праздник, и не помогло?
Непрошеная собеседница цокнула и, отвернувшись, зашагала дальше.
Интересно, а за что ее наказали? Не понравилось, как вчера спела? Похоже, даже стараться целый вечер во благо Императрицы не являлось достаточной причиной, чтобы получить иммунитет. Стоило ли в таком случае вообще напрягаться?
Вскоре лестница закончилась, и мы добрались до класса для наказаний — самого последнего на самом последнем этаже, где в остальное время проводились уроки ОБЖ с еще более неловкими попытками полового воспитания, чем у Полины.
За прошлый год я сюда не попал ни разу, хотя, в принципе, пару раз было за что, но Катерина тогда будто меня не замечала — конечно, ей было кого наказывать и без меня. Насколько помню, ее сосед практически жил в этом кабинете. Хотя такими темпами, если она не смилостивится, я тоже проведу здесь часов не меньше."
"Внутри, как оказалось, сегодня был аншлаг. Логично: день рождения ее величества прошел хорошо, сил она набралась и тут же выплеснула их в массы, устроив подданным афтерпати в классе для наказаний — так что свободных мест в этой кутузке почти не осталось.
А за учительским столом со скучающим видом коротала время Ангелина Алексеевна — дежурный препод на сегодня, призванный следить, чтобы заключенные не разбежались раньше срока. Я переступил порог, и глаза моей классной удивленно блеснули за стеклами очков.
— О как, — прокомментировала она, — а ты-то здесь какими судьбами?
— Увы, — я развел руками.
