Хотя… Мой взгляд сам собой скользнул по ее школьной блузке, под которой выделялся сочный бордовый лифчик — то ли как провокация, то ли как намек, то ли как приглашение всем желающим визуально оценить размер и форму ее прелестей. Весьма достойных, кстати говоря.
— И вид такой романтичный, — выдала моя новая соседка, явно не в такт моим мыслям. — Ничем другим я это объяснить не могу…
— Что именно? — я поднял глаза повыше, чтобы не портить впечатление о романтиках.
— Марианку, что же еще? — снова ухмыльнулась она.
— Эта кукла вообще-то не трахается со школьниками. И даже не обнимается. А к тебе на Хэллоуине аж с распростертыми объятиями полезла. Чем же ты так ее сразил?
Ээ… знанием английского, пока переводил ее «фри хаг»?
— В общем, нам именно такой романтик как раз и нужен, — подытожила Валентина. — Девчонки, идите сюда! — крикнула она своих подружек.
У окна тут же скрипнули стулья, и нарочито развязной походкой к моей парте подошли еще две потенциальные участницы ток-шоу про неисправимых девочек.
— Что, хочется поцеловать? — спросила их предводительница, указывая пальчиком на меня.
Блин, у нее даже на указательном пальце была татуировка — мелко набитое сбоку «fuck U». Все-таки английский в Восточной Старшей считался важным предметом.
— Ну, в принципе, можно, — отозвалась одна из ее подружек, беззастенчиво ощупывая меня глазами.
— Да, вполне ничего, — согласилась другая, нахально оглаживая меня взглядом.
— Валь, да отстань ты от пацана! — вдруг раздался мужской голос с соседнего ряда, причем, судя по тону, не столько переживая за мою участь, сколько досадуя, что эта критическая концентрация плохих девочек досталась не ему.
— Да не завидуй! — бросила ему бунтарка. — Он же не виноват, что ты фейсом не вышел… — и снова сосредоточилась на мне: — Ну что, романтик, снимешься с нами в одном видосике для Тиктока?
— И о чем видосик?
— Ну уж точно не такое дерьмо, как у некоторых эмигрантов! — хохотнула она, скосив глаза на выцарапанное имя на парте.
— Я буду петь, она рядышком танцевать, а она снимать, — «fuck U» деловито указало на подружек. — Мы тебя немного потискаем, зацелуем чуток. Ну так, для песенки… Ты ж не против?"
"Что, прям так сразу и зацелуют? Сказать им, что я согласен, или меня сочтут легкодоступным?
— О, да! Отлично, — довольно произнесла Валентина, вскакивая с места.
