Да знаю я твою причину. У всех наших сорванных планов всегда и была лишь одна причина: Катерина, которой вечно что-то надо. Мы словно делили мою девушку на двоих, постоянно урывая ее друг у друга. Но, надо сказать, каждый перенос планов капитанша компенсировала с лихвой, и весь прошедший месяц был полон бурного, невероятного, сумасшедшего секса."
"Хотя за окном наступил декабрь, заметно похолодало, и с моря задули пронизывающие ветра, в моей комнате и моей постели царило самое настоящее жаркое лето.
Даже воздух, казалось, временами плавился от горячих стонов моей потрясающей любовницы. Будто стараясь поддерживать температуру, в те моменты, когда Инну похищала ее подруга, ко мне приходила моя подруга, настойчиво просившая показывать ей на практике все, что мы вытворяли с капитаншей. В общем, девчонки в моей кровати чередовались с бешеной скоростью — иногда я даже не успевал менять простыню. Потеря Даши, если с учетом ее темперамента это вообще можно назвать потерей, не ощущалась никак.
Я трахался еще больше, чем раньше — чуть ли не 24/7, с перерывами на сон, еду и учебу.
Само собой, случались и накладки, и время от времени девчонки сталкивались на пороге моей спальни. Разок Инна даже застала Алену прямо на мне и спокойненько подождала, пока мы не кончим.
— Я за активный промискуитет, — напомнила она. — Тем более у вас тут все равно разминочка…
Первые недели такого плотного графика у меня дико болели мышцы — даже те, о существовании которых я не подозревал.
По ощущениям, я занимался не сексом, а спортом, и в этом спорте меня будто готовили в олимпийскую сборную. С капитаншей мы вообще устраивали настоящий марафон, который начинался где-то в клубе, потом продолжался у нее в машине, а потом еще пару раз на кровати. Инна оказалась отличной спортсменкой не только на волейбольном поле, но и в сексе. Даже не описать, как звонко и четко ее ягодицы выбивали оргазмы по моему паху, как гибко при этом извивалось ее тело, как жарко сосали ее губы.
Она всегда знала, чего хочет, и без долгих прелюдий напрыгивала на меня, как голодная пантера. С ней я словно тестировал, какие нагрузки могу переносить. Иногда она доводила меня до изнеможения, иногда я ее, но чаще всего без сил мы плюхались вместе, обнимаясь и блаженно глядя в потолок, а затем засыпали безмятежным сном.
Конечно, во всех этих диких поскакушках реальной романтики было ноль, но по-своему Инна меня любила.
