Подошел к инструктору и попросил включить у меня в комнате записи предыдущих первых боёв для новичков. Он сказал, что сделает. Когда вернулся к себе, бои уже транслировались на экране. Первый бой представлял из себя поединок шесть на шесть участников, строили их в два ряда по краям ринга. Потом в центр ринга сверху падали двенадцать ножей и начинался бой. Бой шёл, судя по всему, до сигнала, пока не будет определённого количества убитых. Когда трое, когда четверо.
Во всех боях я заметил одну закономерность — после падения ножей на арену все стремились побыстрей завладеть ими и там начиналась куча-мала, все резали друг друга.
Некоторые вообще не пытались взять нож, а отбивались без него и, как правило, оставались живы. В нескольких боях они даже в спарринг не успевали вступить, как уже звучал сигнал его остановки."
"Просмотрел не один десяток боёв — везде одно и то же. Как же это глупо. Сегодня за завтраком смотрел на тех, кто записался на бои. Они брали всех, кого попало: рядом сидел разорившийся торговец, другой парикмахер, третий фермер.
У них уже сейчас страх в глазах, а они ещё на ринг не вышли. Правду старший сказал — это узаконенное убийство. На вечернюю тренировку меня не позвали, и я спокойно сходил в душ. В этот раз никто меня не встречал из него. Добрался до комнаты и завалился спать.
Меня опять разбудили посреди ночи. Спросонья подумал, что это моя вчерашняя гостья снова пришла. Подвинулся, обнял её и погладил. Только потом открыл глаза и обомлел, но вовремя спохватился.
Рядом лежала девушка, которую я похитил у бутика.
— Ты кто?
— Забыл, что ли, как меня похищал?
— Я?
— Да, ты.
— Может, я пьяный был, но не помню такого. Слушай, а зачем я тебя похищал?
— Тебе видней, ты только доступ в сеть попросил.
— Зачем мне это было нужно?
— Не знаю.
— Слушай, а точно был я? Ты ничего не путаешь?
— Не знаю, на тебе шлем был.
— Ну тогда ты точно ошиблась, я шлем не носил никогда.
— Знаешь, давай поиграем в игру, что ты меня похитил?
— Зачем?
— Мне так хочется.
— Хорошо и что я должен делать?
— Ну как что? Что делают с похищенными?
— Не знаю, пытают, наверно.
— Вот пытай меня так, чтобы мне было приятно. Давай приступай, — и она намекнула на застежку на халатике.
Расстегнул её халатик, на ней оказалось красивое красное бельё.
— Пытай меня.
Пришлось её пытать и пытать полночи, и она так же покинула меня уже под утро.
— Какая приятная пытка у меня была этой ночью.
Только уснул и опять вопль над ухом:
— Подъём.
