Ты возвращайся, я тебя буду ждать.
— Постараюсь.
Она обняла меня и убежала обратно. Ну вот и попрощались. Надеюсь, у тебя всё будет в порядке. Вышел из проходной и осмотрелся — тихо, и я пошёл обратно в сторону остановки аэроэкспресса. Опасности я не ощущал пока. Чувствовал только, что тучи сгущаются надо мной. На станцию пока рано. В оружейную лавку зайти, что ли, пока есть время, прикупить игл в запас? Так и сделаю. Мини-камеры ещё будут нужны для экстренного отхода.
Ближе всего оказалась лавка, торгующая камерами.
Снова приобрел их. Проехал три остановки на экспрессе и попал в оружейную лавку. Там меня сходу атаковал владелец лавки.
— Чем могу помочь?
— Иглы нужны для винтовки бронебойные.
— Какая винтовка?
— Знаете, я забыл марку и модель, сейчас покажу, — и достал её из рюкзака.
— Хорошая моделька.
— Да, мне тоже нравится.
— У меня как раз появилась такая же, только улучшенный вариант. Не хотите посмотреть?
— Покажите.
— Вот смотрите, — он выложил на стол винтовку, практически не отличающуюся от моей.
Визуально они практически один в один.
— В чем разница?
— Прицел улучшили, теперь дальше берёт и скорострельность увеличили.
Посмотрел прицел, вроде тот же.
— Здесь близко не оценить, разница только на дальние расстояния сказывается.
— Сколько вы хотите, если обменять на мою?
— Тысячу кредов, ваша всё-таки не новая.
— Не вижу смысла менять, моя практически такая же, как ваша.
— Зря, эта лучше.
— Понимаю, только все эти доработки не стоят этих денег, на мой взгляд. Хотя знаете, давайте так — я вам игольник и тесак, плюс пятьсот кредов и по рукам.
— Покажи.
Достал из рюкзака игольник с тесаком и выложил перед ним. Он быстро их проверил.
— Договорились.
— Только обойму свою я заберу.
— Договорились.
— Мне ещё две упаковки игл хороших бронебойных.
Он выложил всё на стол, а я оплатил. Пристегнул новую винтовку на место в рюкзаке.
— Удобно у вас сделано.
— Специально заказывал, чтобы не мешалась и можно было быстро извлечь.
— Бронежилет не нужно?
— Нет.
Когда вышел из лавки, посмотрел на время — до вылета ещё больше шести часов.
На планете мне делать больше нечего. Нужно на станцию ехать. Лучше я там побуду до вылета. Там тысячи разумных, я легко потеряюсь среди них, если что.
Уже в аэроэкспрессе я думал, что мне нужно ещё для вылета. Кроме сухих пайков — ничего, а мой предыдущий запас почти исчерпан. Думал, долго пролечу, а получилось удачно, и через сорок минут я оказался в планетарном лифте, поднимающим меня на станцию.
