На границе империй. Том 10. Часть 2 (СИ)

Собрался подобрать трофеи, когда услышал:

— Брось их, уходим, — сказал профессор. — Они требуют, чтобы мы покинули территорию их поселения и никогда сюда не возвращались.

— Тогда уходим, — и, бросив тесаки, отправился за профессором. Толпа мохнатых действительно расступилась перед нами, пропустив в сторону бронетранспортёра.

— Профессор, вы куда?

— К бронетранспортёру.

— У меня для вас плохая новость. Он заглох и не заводится больше. Так что нам сейчас предстоит челночный бег по пересечённой местности. С толпой мохнатых преследователей за спиной.

— Я знаю про бронетранспортёр, но это решаемая проблема. Просто это была небольшая страховка, чтобы ты меня не бросил здесь.

— Знаете, хотя я так никогда не поступаю, но именно сейчас у меня возникло сильное желание бросить вас здесь.

— Знаю, но это нужно ради науки!

— Науки? А я уже, грешным делом, решил, что вам острых ощущений в жизни не хватает.

— И этого тоже, — задумчиво ответил он.

— Всё с вами понятно, профессор. Совет на будущее: если снова решите вернуться сюда, не просите меня поехать с вами.

Гарантирую массу острых и непередаваемых ощущений ещё на пути сюда.

— Просто предупреждаю, и отдуваться за вас я больше не собираюсь. С мохнатым вы будете драться сами, и я ничего не стану предпринимать, чтобы помочь вам.

— Думаешь, я с ним не справился бы?

— Думаю, любой из них прикончил бы вас за пару минут — и, обернувшись, посмотрел назад. Мохнатые оставались там же.

Остановились даже многоножки на лианах. Что происходит, я не понимал, но оставаться здесь больше не собирался.

Мы забрались в бронетранспортёр и, как сказал профессор, он действительно завёлся. Сразу врубил задний ход и, развернув бронетранспортёр, погнал назад. Всё время ожидая погони. Только когда мы отъехали прилично, я сбросил скорость, так как понял — погони за нами не будет.

Профессор всё время молчал. Честно говоря, мне хотелось ему хорошенько врезать, но приходилось сдерживать себя. Драка с ним мне грозила большими проблемами, а проблем у меня и без него хватало.

Хотя я откровенно не понимал, почему мохнатые нас отпустили после смерти своих сородичей. В том, что у них были какие-то принципы, типа слова пацана, я сильно сомневался. Впрочем, логикой мышления других рас занималась отдельная наука и, наверно, в ней нужно быть профессором, чтобы объяснить их действия — решил я для себя и остановил бронетранспортёр.

— Что случилось? — сразу среагировал явно напрягшийся профессор.

— Нужно перекусить, пока есть время.