На границе империй. Том 10. Часть 4

О каком соглашении ты говорил?

— Оно не связано с флотом и закрыто. Впрочем, вот оно, можешь почитать.

— Полиция? — она в очередной раз удивленно посмотрела на меня.

— Да. Могу номер значка назвать.

— Обалдеть, таких дел у меня ещё не было, — недолго она изучала соглашение. Потом, видимо, вернулась к моему контракту с флотом. — А сколько ты отслужил на флоте? — поинтересовалась она.

— Нет. Тебе недели не хватает.

— А это какое имеет значение?

— Большое. Ты про неустойку в контракте читал?

— Так вот, после десяти лет службы стоимость неустойки снижается в два раза.

— По федеральному закону.

— Об этом многие не знают, но такой закон есть. Так что, если ты подождешь неделю с расторжением контракта, выплатишь только половину неустойки. У тебя, кстати, креды есть?

— На расторжение найду.

— Это хорошо, потому что контракт считается расторгнутым, только после выплаты суммы неустойки полностью. Мне ещё за работу заплатишь пятьдесят тысяч.

— Компенсация за подставу и мои бессонные ночи. Подписывай договор на оказание юридических услуг и жду креды.

— Подписал, перевёл.

— Так что ты решил? Сразу будем расторгать или выждем неделю?

— Выждем. Кредов у меня совсем мало.

— Ты с банком общался после своего оживления?

— Нет, я знаю, что нельзя.

— Правильно, неделю никаких регистраций где-либо или банков.

— Я знаю, в полиции работал.

— Это хорошо, что знаешь. Думаешь, он будет тебя искать?

— На гражданке вряд ли, а вот на флоте он может всё.

— Как тебя искать в случае чего?

— На планшет вызывай, контакт у тебя должен сохраниться.

— Договорились. Понадобишься вызову, сам не приходи больше сюда.

Выйдя от неё, задумался. Честно говоря, не знал, что предпримет адмирал, когда узнает, что я жив. На гражданке он мне ничего не сделает официально, но в этом вопросе хватало разных «но». Он всегда может прислать кого-то с флота неофициально, так сказать. Но помимо возможностей самого адмирала существовал ещё и его клан, а также флотское СБ, у которого ко мне однозначно появится много вопросов.

Слишком много я знал. Кроме того, не стоило забывать о контрразведке, а у них на гражданке были весьма широкие полномочия. Про аратанскую разведку мне совсем не хотелось вспоминать, но она тоже присутствовала в этом списке. Я был уверен, что она проснётся, как только выяснится, что остался в живых. Нет, конечно, во всем этом присутствовал вариант, что обо мне все забыли и вычеркнули отовсюду в связи с моей преждевременной кончиной, но я сам не верил в такое счастье.