Значит они доставали самые-самые качественные образцы, как они это делали я не знаю…
— Я догадываюсь, — перебил меня Сиргус, — обычно аристократы, развлекаясь на стороне, одевают специальный артефакт, он сильно не вредит организму, но вот мужское семя при выходе из организма становиться бесполезным, и зачатия не будет. Но я также слышал и про другой артефакт, редкий и дорогой, он в небольшом радиусе блокирует работу других артефактов. Мне кажется маги из древних родов, заходили в заведение поразвлечься, а там их уже поджидали, и девушка после соития, собирала жидкость с себя в стазис-камеру.
— Док, давай без подробностей, — попросил я, — ну смысл понятен. И так Оркус, вверху над нами куча детишек герцогов, графов, баронов, в общем не последних людей в империи. Как думаешь, на сколько сильно хозяева данного заведения, захотят, чтобы эти папаши ни когда не узнали о своих детях подземелья?
— Нам жопа! — обречённо сказал Оркус.
Глава 44
Мы молчали размышляя каждый о своем, думы были тяжёлые, всем хотелось выйти живыми с этой ситуации, молчание нарушил я:
— Сиргус, а сколько тебе лет? Ну если не секрет.
— Не секрет, мне 195 лет.
— По меркам мага ты еще очень молод, точнее сказать у тебя еще вся жизнь впереди. Так ты же ещё и маг целитель, и всяко можешь менять свою внешность, я прав?
— Да, не быстро, но могу.
— Ну почему тогда такой образ?
— А ты про это, — усмехнулся Сиргус, — да я могу сделать себе внешность сорокалетнего юнца, но я её перерос, в каждом возрасте есть своя прелесть, сейчас моя внешность отражает мою суть.
"
"— А-а-а, — глубокомысленно произнес я, кивая головой, — так вот Сиргус, неволить я тебя не буду, выполнишь одну мою небольшую просьбу, поможешь одной девушке, в качестве благодарности за изволения из рабства, и сможешь гулять на все четыре. Вот только сам понимаешь…
— Понимаю, я с вами если возьмёте, не хочется мне обратно становиться, как ты там сказал, аппаратом ЭКО? Только ты тоже должен понимать, если вдруг вас захотят оставить на потом, то вот за мной точно прейдут в скором времени.
— По рукам, — и я протянул ему свою детскую ладошку, — как говориться, вместе и батьку легче бить. Осталось переговорить с матерями героинями.
— Может я вас здесь подожду, — вдруг занервничал Сиргус.
Его нервозность оказалась оправданной, когда мы вышли в оранжерею, там собрались всё те же женщины, и все со злостью смотрели на Сиргуса. Я похлопал в ладоши привлекая внимание:
— И так, девочки! Слушаем меня.
