Вряд ли Эзра даст мне транспорт добраться туда самостоятельно, да и зачем? У меня три дня, включая этот. На четвёртый уже отправка.
Проснулся я раньше, а потому продолжил копаться в горе информации, стараясь улучшить ядро холода. За завтраком объявил сроки, просто сказав, к какому времени мне нужно быть на аэродроме.
А после мы отправились на выпускную церемонию. Я в буквальном смысле в первый и последний раз одел форму ВАМИ. При этом всю дорогу вникал в структуру ледяного ядра.
— Ну что, остался без техник? — насмешливо спросил Ханс, сидя в лимузине и сестра пихнула его в бок.
— Плевать, я всё равно не собирался брать огненные, — пробормотал я себе под нос не подумав… а впрочем, неважно. Пусть Ханс, что хочет, думает. — Я после церемонии задержусь, уезжайте без меня. Домой сам доберусь.
—… Как хочешь, — удивлённо пробормотал он. Я же продолжал всматриваться в экран.
Сама церемония никакого особо интереса не представляла. На этот раз всех собрали в большом крытом зале со сценой. В основном он использовался для лекций сразу большому числу людей и церемоний, вроде этой.
Выпускной поток сидел в первых рядах и слушал речь ректора — пожилой женщины с седыми волосами и глубокими морщинами. Она была архимагом третьей степени и успела за свою жизнь как повоевать, так и заняться научной карьерой."
"Стандартные напутствия и поздравления. Потом весь поток пригласили на сцену, и лучший ученик толкал речь уже от нашего имени. Вероятно, им мог бы быть Тиль… но тот стоял с кислой миной и молчал. Губы были впалыми, а челюсть явно напудрили, чтобы скрыть повреждения.
У Домов великолепные целители, магия может многое. Но такие травмы челюсти тяжело лечатся, а зубы не восстановить полностью за сутки.
Нас пофотографировали, десяти лучшим ученикам торжественно вручили эликсиры ускорения развития… в том числе Тилю. Забавно выглядело как он, молча это принимает, не улыбаясь, и как ему одному не дают сказать пару слов на прощание, сообщив залу о «досадной травме в достойной битве». Что ж, если битва с, как официально считалось, первостепенным неофитом — достойная, то я умываю руки.
Церемония закончилась и все стали расходиться, сбиваясь в группы приятелей. Меня по пути перехватил Ригель.
— Эйгон, удачи. Странно, что у тебя такие низкие оценки… нам всем сто десять за охоту поставили, — сказал он мне.
— Ага, видел. Чувствую, нашего куратора подкупили, насолить мне хотели. Даже вышло, по сути. И рано или поздно он поймёт, что это была главная ошибка в его жизни.
