— Сами победили двух ящеров и один сбежал?
— Так и есть. Пока я приходил в себя, всех вырубили, София осталась против троих и улетела в кусты. Но там уже включился я.
— То есть вы победили троих ящеров в одиночку после раны? А потом напавшего убийцу? — не унимался он.
— Да, они могут подтвердить, что на два трупа стало больше, последний сбежал с раной. Ну, или пришёл загадочный мечник, порубил монстров и столь же незаметно скрылся, а убийца раскаялся и застрелился, — хмыкнул я и тут же пожалел, увидев крайне недовольный взгляд профессора.
Что поделать, такой я человек, особенно когда расслабился после увольнения. Кстати я старше этого профессора, не воспринимаю его как «пожившего ветерана», но стоит сдерживаться. — Прошу прощения, нервы. На самом деле монстры не такие уж сильные, у них нет значимых атакующих способностей, а защита легко пробивалась моим мечом. Оставалось только быстро маневрировать и рубить. Напавший же проявил неосторожность, приблизившись.
— Что же, в таком случае вся группа заслуживает высшей оценки.
Вы показали слаженность и способность действовать в опасной ситуации, — удовлетворённо кивнул профессор.
Ко мне же приблизился Ригель.
— Эйгон, не сочти в дурном ключе, я сочувствую твоей ситуации, но если после… не сложится, приходи в мой Дом. Из тебя получится неплохой страж. Я знаю как Ауэр дорожат честью и верностью.
Ага… вообще этот парень всегда был с обострённым чувством справедливости. Хороший человек, хотя знаю, что сейчас будет.
— Благодарю, но по мне более активная служба.
Посмотрю, куда занесёт.
— Эйгон, тебе стоит отбросить лишнюю гордость. Ауэр уже не Великий дом, а у тебя повреждено ядро. Лучше начни слушать советы, а не надейся починить его.
— Ты просто предлагаешь сдаться. И спасибо, я знаю, но ослабление моего рода не меняет мои планы. И уж точно не нужно меня жалеть.
— Такая погоня за несбыточной надеждой приведёт тебя к смерти. Или же предпочтёшь идти туда, где будешь рядовым бойцом, и над тобой ещё и насмехаться будут? Ядро даже не усиливается! Лучше послушай…
— Ригель, — перебил я его, повысив голос и сощурившись, глядя в его глаза, отчего он отшатнулся.
— Будут насмехаться — получат по роже. Моя надежда — моё дело, не твоё. Не лезь или тоже получишь. И ядро медленно, но усиливается. И я договорился с отцом кое о чём.
Они знали, что ядро Эйгона застряло на низшей стадии, но давно не переспрашивали. Теперь же повернём так, как будто я никому не говорил и о чём-то с семьёй договорился.
