К еде мы уже приступили. Подали хорошо прожаренную котлету с твёрдой коркой, но сочную внутри, немного овощей и нарезанные фрукты на десерт.
— В Горах Манор открылся разлом в Осколок с высоким коэффициентом искажения на органику, и из него вышла группа монстров шестого ранга опасности. Преподаватели приказали нам бежать, однако нам самим пришлось справиться сначала с одним из монстров, а потом уже со стаей местных бычьих варанов. Погибших среди моей группы не было. Нам сказали, что вся группа получит высокие оценки за экзамен.
Однако два студента из другой группы погибли.
— Всё ясно, разведка Мёбиусов разочаровывает, — покачал отец головой.
— Да всего-то шестой ранг, что там убивать? — фыркнул Ханс. Брат пошёл целиком в мать: те же светлые волосы и золотистые глазки. Только отцовские черты лица с острыми скулами появляются.
— Это не «всего-то», — глава семейства строго посмотрел на него и Ханс опустил голову. — Да, ты смотрел видео, как архимаги подобных убивают одним ударом. Но даже один для группы, состоящей не более чем из младших магов, будет смертельной угрозой.
— Я понял отец. Да, уж тем более в группе Эйгон был.
— А что я? Спас от смерти одного из членов группы, да и ящерок порубил. И ещё, после этого напал неизвестный, — пожал я плечами. Пришлось всё же рассказать подробнее. Правда опять не стал лгать и сказал, что кратковременную память потерял и меня вырубило. Эзра кажется проницательным человеком, я и так стараюсь лицо попроще держать, а он ещё и может запросить подробный отчёт по моему экзамену.
— Эйгон, дорогой, ты в порядке? — ахнула Ренэйт. — Повреждение души! Тебе срочно к врачу нужно!
— Не нужно, я уже оценил своё состояние, и никаких серьёзных травм нет, — решительно отказался. Ну его нафиг сейчас врачам показываться, пока две души окончательно не срослись.
— Братик крутой! — лучезарно заулыбалась Лили. Мне аж теплее на душе стало… Ах да, Эйгон в хорошем смысле любил сестру. Она как невинный цветочек, удивительно как сохраняет подобную черту в этой среде.
— Твой братик первостепенный неофит на выпускном курсе, — фыркнул Ханс. — Ещё и…
— Ханс! — повысил голос отец. — Ты можешь говорить многое, но не смей насмехаться над последствиями травмы."
"— Да, отец, — Ханс едва проявил эмоцию, но я всё же заметил недовольство. М-да, а вот «братик» меня не любит. Кстати, сказать, или нет? Сейчас ядро такое слабое, что по ауре ранг не различить на глаз. Пока не буду, позже может «обрадую».
