И я пока ещё первый сын дома Ауэр. Но если уж мы говорим о силе, разве отец в своё время не обеспечил тебе достаточно эликсиров? Хватило бы архимага третьей степени вырастить.
Он недобро сощурился, но смолчал. Что он скажет? Оправдается тем, что потенциала не хватает и это не его вина? Ну так и состояние моего ядра — тоже от меня не зависит. Ладно, если бы я в попытке быстро усилить ядро переборщил с усилителями и оно повредилось. Тогда бы меня могли с полным правом идиотом называть.
Отец зашёл во флаер и дверь закрылась.
— К поместью, — приказал он пилоту, смотря на меня со смешанными чувствами. Я же старался выглядеть виноватым. Отец уже всё сказал, он был не из тех, кто начинает ворчать, повторяя одно и то же по многу раз. Впрочем, тему нашёл. — Импульсивность — не лучшая черта.
Ага, понятно, что некоторых, особенного последнего, я именно добил, уже обезвредив — поддержим.
— Виноват, отец. Выброс адреналина и боялся, что у них ещё что-то припасено… Что сказали полицейские?
— Можешь забыть об инциденте.
На… наследника Старшего Дома, — отец явно произнёс это с неохотой. — Напали вооружённые преступники в розыске. Рядовое убийство при самообороне. Однако стоит ещё раз перепроверить Литцен на предмет организованных группировок подобного отребья. Они действовали не сами по себе.
Вскоре мы приземлились на специальной площадке у нашего поместья и дверь открылась.
— Лучше тренируйся дома и уж точно больше не уходи из центра один. Я не потерплю повторения, — предупредил отец.
— И не забывай, выбирай подходящее место.
— Разумеется, я помню, — соврал я, поняв, о чём речь и вышел из транспорта.
— А чем занят Ханс?
— Вроде в комнате сидит и учится.
— Хорошо, он должен стать сильным магом. К счастью, есть потенциал.
Между строк читалось «которого нет у тебя». Или мне показалось? Странное, ощущение, как будто отец считает меня не слишком надёжным, хотя поводов вроде нет. Может быть, я забыл пару серьёзных косяков Эйгона?
Дверь закрылась, и флаер тут же взлетел, слегка гудя левитационными приводами и маневровыми движками.
Я не помнил, предлагал ли он какие-то варианты, но суть и так ясна: либо достаточно элитное подразделение при Совете, либо к дружественному Дому из тех, кто голосовал против снижения статуса Ауэр. Я должен оказаться в таком месте, где меня будет предельно сложно достать недоброжелателям. Интересно, это он так за меня как сына переживает? Вроде никаких особых тайн мне не доверяли.
