Наследник пепла. Книга I

— Как насчёт того, чтобы сегодня вечером сходить в императорский театр? Вот там уж действительно блеск высшего общества будет, уверен, ослепительнее, нежели на приёме.

— А это мысль! — горячо поддержала меня маман и перевела взгляд на Аду, но та находилась в своём собственном мире восхищения и эмоций. — А что там сегодня дают?

— Понятия не имею, — ответил я, пожав плечами и попытавшись скрыть истинные эмоции. — Просто всегда хотелось увидеть вживую, что же это такое.

— Я только «за», — Горислава поднялась из-за стола.

— Давай сходим, проветримся. Может, сестра твоя от мыслей о замужестве отвлечётся.

В последнем утверждении я, конечно, сомневался, но кивнул, дабы не перечить матери и поскорее начать собираться в театр. Она как раз пошла в свою комнату переодеваться, но тут остановилась на полпути и обернулась ко мне, словно что-то забыла.

— Кстати, ты какой конструкт выдал на магическом тесте? — спросила она максимально нейтральным тоном, но я видел, что её снедает любопытство.

— Много маленьких птичек соединились в сеть и сковали демона, — я буквально секунду размышлял, сказать ли правду, но сразу же решил, что особого смысла кривить душой нет.

— Что это, я не знаю. С перепугу вышло.

Полуулыбка враз слетела с губ матери.

— В последний раз такое с перепугу вышло у твоей бабки, когда она полк солдат спеленала, — мать покачала головой и снова улыбнулась, но на этот раз улыбка вышла горькой.

— Солдат? — у меня даже глаза от такого заявления расширились, а Ада уронила на пол бокал, враз забыв о всех своих девичьих мыслях.

— Да год был неурожайный, — мать усмехнулась, махнув рукой, чтобы мы не особо близко к сердцу принимали эту информацию, как дела давно минувших дней. — А они за повторным налогом пришли. Долго потом разбирались, кто не прав, а кто был в своих правах, но тогда истина оказалась на нашей стороне.

— Это хорошо, — я даже выдохнул, потому что вспомнил, как за мной прислали шестерых здоровых приставов, чтобы сопроводить на Стену.

А мать тогда, не сдерживаясь, накладывала на меня благословение за благословением, чтобы я там выжил. Мать седела на глазах, меняя цвет волос с огненно-рыжего на белый, выцветая, но спасая своё единственное оставшееся в живых дитя. Перечить ей не решились, ведь магия родовичей не была под запретом, а может, и потому что она тогда уже находилась под подозрением. А ведь вполне возможно, что это именно материнские благословения и смогли вернуть меня к жизни.