Наследник пепла. Книга IV

Как только у него будет время, нам нужно к нему заглянуть.

— А что, вообще срочно это всё? — поинтересовался Костя.

— Вообще да, — кивнул я. — Мне нужна информация, которая поможет нескольким людям, можно сказать.

— Ну смотри, — ответил Костя. — Пока могу свести тебя с курсантами-артефакторами. Они вообще нормальные ребята. Мы общались ещё до Академии. Пара человек.

— Пошли, — сказал я.

— Что, прямо сейчас? — удивился Костя.

— Ну конечно, а когда? — ответил я. — Зачем тянуть?

— Ну, пошли, — согласился он.

К артефакторам мы пошли все втроём.

Сначала Костя зашёл к ним в общагу, а потом позвал и нас. Там мы встретились с двумя чем-то похожими друг на друга ребятами в рабочих халатах, в очках, оба с широкими лбами. Выглядели они как типичные «заучки».

Я поздоровался. Ребята представились: одного звали Миша, второго — Лёха.

— Очень приятно, — сказал тот, кто был повыше, кажется, Миша. — Очень рады видеть у себя боевых магов в кои-то веки с мирными намерениями.

— А они вообще, знаешь, что подумали? — сказал Костя, усмехнувшись.

— Зачем? — удивился я. — За что?

— Ну, просто… — хмыкнул друг. — Зачем ещё боевые маги могут пожаловать к артефакторам?

— Нет-нет-нет, — покачал я головой. — Просто нам нужен один минерал.

— Какой? — спросил Лёха.

— Вот такой, — проговорил я, вытаскивая амулет. — Буду очень признателен, если найдём.

— Без проблем, — сказал Миша. — Сегодня, конечно, уже не получится — поздно. А вот завтра после пар мы можем провести вас в лаборантскую, и вы всё посмотрите.

— Это будет отлично, — сказал я. — Договорились.

Мы распрощались с ребятами и вышли из их общаги. По дороге я повернулся к Косте и сказал:

— Слушай, артефакторы и дружба с ними — это, конечно, хорошо. Я бы даже сказал отлично. Но давай поговорим о чём-то более важном.

— О чём это? — Костя вскинул голову и посмотрел мне прямо в глаза.

А я уже не воспринимал нас троих как просто случайно собравшихся людей. Для меня мы уже были близкими людьми, практически семьёй.

— У нас с тобой, Костя, на ближайшие две недели задача совсем иного толка, — проговорил я. — Ты за Миру волнуешься? Переживаешь?

Костя сразу весь напрягся, будто встал в боевую стойку.

— Переживаю, конечно, — ответил он."

"— И я переживаю, — сказал я. — Но ты переживаешь, как за девушку, а я — как за члена клана и будущего участника нашей команды.