Наследник пепла. Книга IV

— Он мне уже с того момента, как с кровати встал, все уши прожужжал этим пустя… простихренус… Я уже не могу слышать о нём ничего!

— Но, если серьёзно… — я отмахнулся от Тагая и снова обратился к Косте. — Это же просто невероятные познания.

— Ну… так получилось, — замялся Костя.

Но я ткнул его в плечо:

— Давай, колись уже.

— Да понимаешь… — начал он. — Когда папа меня читать учил, под рукой у него никакой другой книги, кроме «Красной книги вивисектора», не было. Вот по ней я и учился читать.

— Это как? Это вообще о чём? — спросил я, косясь на сестру, которая хмыкала в ладошку.

— Это такая книга, — продолжил Жердев, снова немного замявшись, — в которой подробно объяснено, на какие полезные органы можно разобрать каждую краснокнижную животину для использования в качестве ингредиентов.

— Какие у вас интересные, однако, книги, — хмыкнул я, стараясь не рассмеяться, — и методы воспитания не отстают.

— Как же скучно я живу, — выдал на это Тагай.

Тут сестра и не выдержала, рассмеялась.

Тем временем мы подошли к стадиону, и я отправил Аду на десять разминочных кругов.

— Кстати, — сказал Тагай, — тут прошла информация: откуда этот ваш Прости Хренус взялся.

— Пастекусус, — поправил его Костя. — Триадус.

— Да мне пофигус, — ответил Тагай. — Короче, этот мишка до какого-то момента действительно был иллюзией. Но потом… поймал страх мага-иллюзиониста. И тот вышвырнул его в нашу реальность уже как совершенно физический объект — не голограмму, а самого натурального зверя.

— И это, как оказалось, была вторая инициация мага-иллюзиониста, — добавил Костя, — или как бы сказал наш товарищ преподаватель Путилин: «Прорыв в рангах владения — налицо».

Я задумался на мгновение. Получается, человек-маг, который просто давал представление, скорее всего, даже не представлял о том, какое несчастье может принести людям, сидящим в зале.

— Я не думаю, что он сделал это специально, — продолжил я вслух. — Скорее всего, это была просто внезапная инициация, поводом которой послужила какая-нибудь мелочь.

Тренировка была в самом разгаре, когда вдруг я увидел знакомую девичью фигуру, направляющуюся к нам. Я как раз добегал свои положенные круги и в конце подбежал к девушке.

— Радмила, привет! — улыбнулся я.